Ветхий Завет

 

  Цикл лекций по Ветхому Завету протоиерея Николая Соколова

Л Е К Ц И Я  3

 

Сегодня наша последняя из вводных лекций, на которой мы будем говорить о соотношении 1) Библии и науки, 2) Библии и истории, 3) литературных жанрах, которые мы встречаем на страницах Библии. Если успеем, начнем общую характеристику Пятикнижия Моисеева (Торы).

Часто приходится слышать, что Ветхий Завет труден для понимания. Он не всегда легко укладывается в память, не все там ясно, и не всегда нам удобно его читать. Это не случайно. Многое из того, о чем написано в Библии, отстоит от нас на несколько тысячелетий. Хотя если бы Ветхий Завет был бы очень труден, было бы непонятно, каким образом он мог в течение более чем двух тысячелетий питать религию, культуру, историю многих и многих поколений.

Изучая курс Ветхого Завета, мы должны постараться не оставить для себя никаких темных пятен. Та или иная ветхозаветные книги являют собою удивительное свидетельство об уникальном и парадоксальном событии - сверхъестественном внедрении Божественного слова и Божественного действия в религиозные и нравственные представления человечества и сам ход социальной жизни человека. То есть Господь чудесным образом вмешивается в историю человечества.

Если мы будем рассматривать соотношение Библии и науки, то уясним для себя некоторые положения. Библия не стремится удовлетворить нашу научную любознательность. Вместо истории образования земной коры и небесного свода или постепенного развития жизни, вместо точного рассказа о происхождении человека Библия дает нам только образные, поэтические описания, отражающие народные, но вовсе не научные представления Древнего Востока.

Ветхий Завет открывается великими словами книги Бытия: "В начале сотворил Бог небо и землю", то есть, говоря нашим языком, вначале Бог сотворил всё - все вещи, и духовные и материальные. Следовательно, все что ни есть Бог, есть от Бога. Этим выражением, очень емким, утверждается бытие Самого Бога и бытие мира, происходящего от Него Самого. Мир не сам по себе существует, а существует по воле Бога. Это основное положение всей ветхозаветной монотеистической религии. То есть все видимое и невидимое происходит от Бога, и космогония Моисея подчеркивает это постоянно. Поэтому неоднократно Библия говорит, особенно в 1-й главе, что все создано Богом и хорошо весьма (Быт. 1:31).

В самих вещах нет никакой скрытой или слепой, злой силы. Зрелище громадности и сложности Вселенной побуждает ветхого человека благоговеть перед Создателем, восхищаться Им, восхвалять и благотворить Его. В этом состоит и смысл начертания и создания Вселенной.

В центре видимого мира стоит человек. Никакая другая книга не содержит такого антропоцентричного подхода, как Библия; только в Библии сказаны слова, которых нет в религиозной литературе никакого другого направления: "Наполняйте землю", и "обладайте ею", и "владычествуйте над рыбами морскими [и над зверями,] и над птицами небесными, [и над всяким скотом, и над всею землею,] и над всяким животным, пресмыкающимся по земле" (Быт. 1:28). Но это только благодаря той частичке Божества, которая находится в человеке. Ведь он создан из праха земного и возведен к достоинству образа Божиего и подобия Божиего. Все самое лучшее, что можно сказать о человеке, находится в этой книге.

Во всякой религиозной системе открытие Бога более или менее связано с созерцанием Вселенной (вспомним Послание к Римлянам ап. Павла). Но очень скоро это открытие, созерцание видимой Вселенной сменяется заблуждением, когда дело доходит до попыток установить, как соотносятся между собою мир и Бог. Появляются натурализм, политеизм (многобожие), идолопоклонство в той или иной степени, пантеизм, сабеизм (обоготворение небесных светил), дуализм. Очень трудно соотнести мир и высшее начало, найти точку соприкосновения мира с Богом. Вот как говорится об этом в книге Премудрости Соломона (13:1): "Подлинно суетны по природе все люди, у которых не было ведения о Боге, которые из видимых совершенств не могли познать Сущего и, взирая на дела, не познали Виновника".

На первых же страницах Библии мы находим искусное повествование о сотворении мира. перед нашими глазами встает предельно начертанный образ Бога - Бога Единого, Вечного, личного, трансцендентного, Всемогущего и Промыслительного. Именно это многообразие религиозных идей и делает Библию отличной от всех книг, которые могли бы быть современными ей - книг Платона, Аристотеля. Книга эта не открывает нам мир во всей его физической сложности и не дает нам научного подхода к решению тех или иных проблем возникновения мира, а показывает нам метафизическую сторону нашего бытия.

Как соотносятся между собой Библия и история?

Ветхий Завет не может удовлетворить нашу любознательность как историков. Хотя в Библии мы читаем о многих фактах и событиях, мы не можем сказать, что это исторически документировано в том или ином столетии. Возьмем для примера книгу Судей. Там много известных нам образов - образы Самсона, Иеффая, Гедеона и ряда других судей Израилевых. Хотя о них говорится поочередно, события развивались подчас совсем не в той последовательности, а параллельно друг другу или раньше, чем это описывается в Библии. Иными словами, здесь нет точной хроники, да эту цель и не преследует Библия. Книги Библии дают нам факты жизни мира, которые связывают человека и Бога.

Однако мы можем утверждать, что несмотря на такую странную манеру изложения событий истории (и даже, может быть, благодаря этой странности), история Израиля, история всего человечества наполняется в Библии четким религиозным смыслом. Грех, который запятнал собою весь человеческий род, проявляется по мере развития общества в так называемой библейской праистори, в своих социальных аспектах - таких, как убийство, угнетение, осквернение, различные политические раздоры и т.д. Господь находит нужным вмешаться в эту хаосообразную историческую картину и постепенно избирает группу людей, на которых возлагается долг пронести через века светоч веры в Единого Бога, сохранить надежду на прощение и прославление в Боге человека.

Таким образом, библейская история, каким бы ни было ее литературное выражение, является некой объективной рамкой, в которую вставляется Божественное откровение о наших отношениях с Богом, о нашем нравственном поведении, о нашей судьбе, и даже дает перспективу в вечность (имеется в виду книга Откровения).

Если мы возьмем такую сторону, как ветхозаветная нравственность. Это целый большой пласт поведения человека. У вас будет возможность в свое время прослушать (и даже неоднократно) Великий Покаянный канон Андрея Критского. Весь он построен на Ветхом Завете и посвящен ветхозаветным событиям. Что же представляет собой нравственность ветхозаветного человека? Прп. Андрей Критский так говорит: "Ветхого Завета вся приведох ти, душе, к подобию, подражай праведных боголюбивыя деяния, избегни же паки лукавых грехов". То есть эта книга правдива, она говорит нам о том, что было, что нам нужно и чего следует избегать. А сама нравственность ветхозаветная еще очень и очень далека от идеала.

Религия и нравственность Ветхого Завета постоянно открыты и устремлены к дальнейшему совершенствованию, предел которого

- вне Ветхого Завета. Да и вообще есть ли предел нравственному совершенствованию?

Все мы христиане и прошли великое таинство Крещения. В чине оглашения читается специальная молитва, чтобы от человека отошло все темное, связанное с миром зла, темной силы: "Избави его от духа прелести". Прелесть - это и есть то чувство, когда мы считаем, что достигли совершенства: Вот какой я стал хороший, я уже всего достиг". Если у вас появилось такое чувство, бегите от него скорее. Потому что нет предела духовному, нравственному совершенству. Великие святые считали себя великими грешниками и всегда молились: "Господи, прости мои грехи!" И не было предела их покаянию, их слезам.

Так и Ветхий Завет беспределен в своем стремлении к совершенству. Но в сути своей он очень далеко от нас отстоит. Поэтому есть вещи, которые совершенно неприемлемы для нас с вами. Господь не осудит людей, живших в той эпохе, но нам с вами так делать нельзя - мы новозаветные люди, совершенно другого духа люди. И если прощено будет тем людям их многоженство, их многообразное лукавство и многое другое, то для нас с вами это уже недопустимо. Хотя часто Библия приводит примеры, как человек чего-то добился через свое коварство и хитрость. Если мы так сделаем, то по нашим современным законам нас просто осудят по закону.

В истории человечества все религии и воззрения предстают в конечном счете как завершенные. Религия Израиля в каждый момент своей истории, в каждой странице Ветхого Завета являет собой новую ступень восхождения. Она постоянно развивается и ценна как раз тем, что позволяет сделать еще один шаг наверх. Помните "лествицу"? Это понятие полностью приложимо к этой книге. Более того: в то время как религия Израиля и ветхозаветная религия в целом представляются нам в постоянном восходящем движении, история других религий часто показывает нам, напротив, состояние прогрессирующего разложения и упадка.

Религиозные чувства человека постоянно уводятся в сторону тремя силами, которые мы наблюдаем в других религиях. Прежде всего это магия - притязания человека поставить себе на службу оккультные силы. Иными словами, ты реально веришь в существование темной силы, которую ты хочешь поставить себе на службу.

В нас с вами заложены громадные силы, огромный потенциал жизненной энергии, духовной и физической. Многие религиозные конфессии стараются развить ту или иную сторону этого потенциала (скажем, восточные единоборства). Все это заложено в человеке, но, к сожалению, заглушено грехом, а подчас уведено в сторону и используется не по назначению. И не случайно любое восточное религиозное направление - это прежде всего внутреннее и внешнее соблюдение каких-то особых нравственных правил. Без этого невозможно никакое движение ни в какой религиозной жизни, не говоря уж о нас с вами. Там люди соблюдают посты и молятся до изнурения, но там цель другая - подчинить себе свою природу и через нее действовать на окружающий мир. Мы же просим Бога послать милость на наше сердце :"Милости хочу, а не жертвы". Это совсем другое направление.

Итак, первое, что уводит человека от истинного Бога, - это магия. Способность подчинить себе сверхъестественные силы путем использования определенных формул и обрядов. Магия есть форма утилитаризма, которая выражается не в молитве, а в принуждении. Таким образом, перед нами антипод религии - если хотите, антирелигия. Ведь религия - это связь человека с Богом. А здесь наоборот: отторжение от Бога, обращение к оккультным силам.

Второе - стремление превратить религиозное сознание или движение в племенной или национальный обычай. Очень скоро то или иное религиозное движение или направление сводится к обрядовым формам, которыми дорожат просто как общественным достоянием. Все сводится к обрядности, заключается в сугубо мирские национальные рамки. К сожалению, эта опасность угрожает всем национальным религиям.

Третье - стремление отделить религиозную жизнь от нравственной обязанности. Эта опасность как ветхозаветного, так и нашего времени. Это одна из самых популярных форм вырождения религии в наше время. То есть я верующий, я все признаю, но нравственность моя оставляет желать лучшего. Есть такое выражение :"И бесы веруют и трепещут". Но бесы хотя бы трепещут, а человек и этого не делает. В этом аспекте проявляется ослабленное чувство греха, что приводит к тому, что религия лишается самого обязывающего компонента - благоговения и покаяния перед Богом.

Итак: магия, племенная или национальная рознь или обособление и отделение религиозной жизни от нравственной основы. Это три опасности, к которым идет религия по нисходящей линии.

Если мы возьмем религию Израиля, то это религия особая. Как говорит Ветхий Завет, это плод откровения Божиего. На фоне общего снижения, искажения религиозного духа религиозное движение Израиля предстает перед нами как исключительное вмешательство Божьего Промысла в жизнь человека.

Представим себе, что перед нами большая полноводная река. Обычно на своем пути она захватывает какие-то деревья, ветки. И вот мы с вами стоим на стремнине и наблюдаем, как все это куда-то движется, уходя вдаль к горизонту. И вдруг возникает какая-то точка, которая идет против течения. Это движение против общего упадка религиозного духа, способность плыть против течения - есть вмешательство Бога в историю человека, его религиозной жизни.

К сожалению, кроме религии Израиля почти ни одна религия не оказывала действенного сопротивления общему падению религиозного чувства народных масс. Подчас религии, окружающие Израиль, были религиями окаменелости, неподвижности без всякой надежды. И вдруг внезапно в маленьком племени бедуинов, бродящем между Сирийской пустыней и Южной Палестиной, рождается монотеистическая идея - идея Единого Бога. Через несколько веков это племя становится небольшим народом и продолжает держаться той же идеи. Появляется у него и свой закон, основанный на той же идее, появляется и место культа. В конце концов он входит в общение с другими народами, одухотворяя их и давая им возможность присоединиться к себе. В конце концов приходит и награда: на землю нисходит Мессия - Христос. Он приходит как Лицо, Которое ожидалось с радостью многими поколениями, и несет с Собой благодать искупления, радость любви. И Израилю остается только примкнуть к Нему. Но только маленькая крошка, частица Израиля принимает Его. Это "малое стадо" идет на завоевание всего мира, о чем говорит вторая часть Библии - Новый Завет.

Итак, мы видим, что в историю человека вмешивается Господь. Говорит Господь - это Божественное откровение. Библия

- это откровение Божие, если говорить целиком о книге как таковой. Во-вторых, это вызов для человека. Если мы с вами откроем Библию и останемся прежними, то ничего не получится. Нельзя прочесть тот или иной отрывок из Св. Писания, чтобы просто, скажем, сдать его на экзамене. Мы не для этого изучаем Библию и открываем ее - она должна быть вызовом для нас с вами. Мы должны через нее пересмотреть себя, увидеть себя - ветхого человека. Должны уметь его отбросить, победить его в себе и идти путем человека Нового Завета. В-третьих, Библия - фундамент нашей веры. Как сказал один богослов, чтобы понять Библию, в нее нужно сначала поверить.

Итак, перед нами особое собрание книг, называемое Библей, которое написано тем не менее рукою человека. Автор Библии - Бог, но орудие Его - человек. Именно под именами людей мы цитируем большинство книг Ветхого и Нового Завета: книга пророков Исаии и Иезекииля, Иеремии, книга Самуила, Евангелие от Матфея и т.д. Слово Божие, сказанное через человека.

Где же где та грань, которая стоит в Библии между Божеским и человеческим? Где слово Бога и слово человека? Что, к примеру, написано пророком как исторический факт, а что - внушено ему свыше? Это озарение, а это - кто-то пересказал свои впечатления. Ни одна страница библии не может в чистом виде являть собой откровение.

Вспомним первые пять веков, когда пришло на землю Слово Божие - Христос воплотился. Сколько пришлось употребить времени и сил, чтобы зафиксировать догматически Боговоплощение? Борьба с христологическими ересями, с другими отклонениями. точно так же и догмат о Богоооткровенности Библии. Он не сразу сложился, должно было пройти определенное количество времени - века, чтобы остался чистый кристалл, о котором можно сказать: это - то, что осталось нам в наследие. Поэтому чтобы правильно понимать то, что нам дает Библия, и видеть в ней и слово Божие, и слово человеческое, нам необходимо знать ту среду, в которой родилась Библия, - мир Древнего Востока. Именно там появились первые строки, входящие ныне в Библию. Среда эта - культурный мир Востока, отличающийся от греко-римского мира. Другие понятия, другие образы, другие сравнения.

Допустим, царь на Востоке означает образ Божества и разделяет Его непроницаемую ясность, Его сверхчеловечность, Его бесстрастность. Царь должен обязательно превосходить всех и вся. Может быть, вы помните из курса школьной истории, как изображались древнеегипетские цари. Рабы маленькие, а цари большие. Даже визуально это показывалось. То же - в текстах. Древние писатели использовали особые художественные формы, которые уже ушли в небытие. Сейчас люди так не пишут и не излагают так свои мысли. Однако мы не сможем понять до конца, что они хотели нам сказать, если не постараемся вникнуть в их внутренний мир. Нам помогает в этом прежде всего археология. Кстати, все книги по библейской археологии, которые вам попадаются, старайтесь приобрести. Это "Ур халдейский", другие книги, позднее я постараюсь дать вам список таких изданий, с которыми вам необходимо ознакомиться. Там будут и богословские и светские книги. Все они помогут нам правильно понять мир, в котором рождалась Библия. С каждым новым археологическим или историческим открытием Библия оказывается нам все ближе и мы глубже вникаем в те события, о которых в ней говорится.

Какие литературные формы использовались в библейском изложении?

Это была лирика, эпос, драма, хроника, различные описания природы и т.д. Это не обязательно совпадает с современным понятием о том или ином жанре. Мы любой библейский жанр приноравливаем к себе, чтобы легче было его усвоить. Когда мы разбираем тот или иной стих Библии, для нас прежде всего важно понять, что хотел сказать писатель, а не просто в каком жанре он пишет. Вот, например, Песнь Ламеха или Песнь Моисея, а это Псалом или просто биография царя. Что хотел сказать, какую мысль нес автор? Иначе говоря, для нас важно прежде всего содержание.

Между внешней формой и внутренней действительностью, присущей книге, есть связь, т.к. автор обязательно старается выделить ту или иную красную нить. Скажем, книга Судей. На протяжении всей книги звучит рефрен: "В те дни не было царя у Израиля и каждый делал то, что ему казалось справедливым" (Суд. 21:25). На современном языке это можно обозначить одним словом - анархия. Подобный лейтмотив присутствует почти в каждой книге, только нужно его увидеть. И тогда будет очень легко вспомнить содержание той или иной книги Библии и употребить это для себя с благодатной целью.

Всегда нужно помнить то, что "многократно и многообразно говорил Бог во пророках", а "в последние дни - во Своем Сыне". Он всегда говорил о Своих деяниях, пользуясь языком и опытом человека, основываясь на его возможностях.

Каким же образом в библейской литературе выражалась духовная реальность, присутствующая в жизни? Если бегло пролистать библейские страницы, можно увидеть, как о самых серьезных религиозных вопросах говорится языком образным, поэтическим и философским. "Десница Твоя, Господи, сразила врага. Ты послал гнев Твой, и он опалил их как солому; от дуновения Твоего расступились воды. Ты дунул духом Твоим и покрыл их морем" (Псалмы). "И раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своем. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их" (Быт. 6:6-7). "И обонял Господь приятное благоухание и сказал Господь в серде Своем: не буду больше проклинать человека и землю за человеков, потому что помышление сердца человеческого - зло от юности его" (Быт. 8:21).

Вот перед нами Господь - невидимый, непостижимый, трансцендентный, Которого запрещено изображать, Которого, как сказано, не видело око человеческое. "Раскаялся Господь", "восскорбел Господь", "сказал Господь", "пошел Господь", "обонял Господь"... Перед нами - образ человека. Чтобы изобразить Бога, ветхозаветный писатель изображает человека со всем, что ему присуще. Это Бог не просто отвлеченный, присутствуюзий вне мира, а Бог Живой: "Я Бог Авраама, Бог Исаака и Иакова, не Бог мертвых, но Бог живых". И Сам Он рисуется как живой, живущий среди людей. Паскаль говорил, что Бог Иакова и Израиля не есть Бог философов, а Бог живой, присутствующий в мире, личный, совершенно иной по отношению к человеку, к его природе, с которым Он вступает в личные отношения, вмешиваясь в ход истории. Бог проявляется в истории и оказывается значительно более индивидуальным, чем Бог, Который проявляется в природе, с которой часто Его путают. ("Природа есть Бог", что характерно для семитских религий).

Чтобы понять Бога, автор (или авторы) Библии вносят в нее понятие человека - то, что мы называем антропотеизмом (чувства человека и его поведение, которые усваиваются природе Бога). С другой стороны, у Израиля не должно быть никаких иллюзий. Бог не таков, как люди, Он абсолютно другой. В рассказах о явлении Божества авторы ограничиваются упоминанием о весьма обобщенных и неясных очертаниях, всегда избегая непосредственного описания Бога, Его облика. Если я кого-то встретил, я могу его описать: он такой-то и такой-то. В Ветхом, да и в Новом Завете такого описания Бога нет. Но сказано просто: "Бог стоял над жертвенником". Исаия видит Его восседающим на высоком престоле. Его внешность характеризуется наличием бескрайних риз, заполняющих портики храма (Ис. 6:1). Иезекииль говорит о Нем просто как о подобии человека (I), преображенного огненным сиянием, походящим на радугу (Иез. 1:26).

То есть образ Божий постепенно складывается в понятии Израиля. Где-то Он сначала уходит, а затем возвращается к человеку. Если мы вспомним первые книги, то там Господь был с человеком лицом к лицу, он видел Его, образ Его был запечатлен в его сердце. Затем происходит страшный, трагический разрыв человека с Богом. Адам пытается скрыться от Бога, ибо образ Бога искажен грехом. Но когда мы будем разбирать Первую книгу Бытия, мы будем говорить о том, что Господь не оставляет человека. И постепенно, по крупицам образ Божий на протяжении всей истории Ветхого Завета восстанавливается, складывается, как из отдельных кусочков мозаики. У Иезекииля Господь уже имеет вид человека. А ведь так не было. Как видел Его Моисей? Куст горящий, Неопалимая Купина. Илии Он являлся в тишине, в дуновении тихом ветра. Не было Лика.

И вот, наконец, Он принимает черты Сына Человеческого, восстанавливает в сердце человека Свой образ, тем самым приближая человека к Богу. Этот образ Божий, возможность его восстановления в человеке и показывает нам Библия, в частности Ветхий Завет. Постепенное восстановление образа Божиего, утерянного после грехопадения. Поэтому Бог и приобретает черты человека.

Однако не забудем, что сказано Израилю: "Да не будет у тебя других богов пред лицем Моим. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель" (Исх. 20:3-5).

Итак, во-первых: Ветхий Завет - это педагог, который постепенно ведет нас к познанию тех образов, тех настроений, тех событий, которые заставляют нас правильно мыслить о Боге и о человеке.

Второе: Ветхий Завет пользуется терминологией простого человека. В нем мы не найдем каких-то сложных для пониманиях высказываний, потому что все, что в нем есть, приспособлено для восприятия простым человеком, в массе своей грубым и необразованным, чтобы затем двинуться на завоевание всего мира. Простой народный язык давал лучшие результаты, чем научная терминология.

Итак, какие приемы и жанры использует ветхозаветный писатель, говоря о истории Израиля и окружающих народов, вводя нас в систему образов Ветхого Завета? Прежде всего мы должны понять, что все книги Ветхого Завета прошли определенную редакцию, ни одна не дошла до нас в том виде, как была написана первым автором. Мысль, идея сохранены, но дошли они до нас в сильно отредактированном виде.

Вот пример такого рассказа, драматизированного из-за отсутствия в еврейском языке косвенной речи (Суд. 1:3): "По смерти Иисуса вопрошали сыны Израилевы Господа, говоря: кто из нас прежде пойдет на Хананеев - воевать с ними? И сказал Господь: Иуда пойдет; вот, Я предаю землю в руки его. Иуда же сказал Симеону, брату своему: войди со мною в жребий мой, и будем воевть с Хананеями; и я войду с тобою в твой жребий. И пошел с ним Симеон".

Если учесть, что Иуда и Симеон здесь - не два человека, а два племени, становится ясно, что все, что сопутствует диалогу, приведенному в книге Судей, можно было сказать такой современной фразой: колено Иудино предложило колену Симеонову заключить военный союз против хананеев. Вот и все. А здесь драматизированный рассказ, совершенно другой образ.

Еще пример, из книги Иова, который показывает нам, как реальность невидимого мира может быть объективизирована и передана, описана (Иов, 1:6-12):

"И был день, когда пришли сыны Божии предстать пред Господа; между ними пришел и сатана. И сказал Господь сатане: откуда ты пришел? И отвечал сатана Господу и сказал: я ходил по земле и обошел ее. И сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла. И отвечал сатана Господу и сказал: разве даром богобоязнен Иов? Не ты ли кругом оградил его и дом его и все, что у него? Дело рук его Ты благословил, и стада его распространяются по земле; но простри руку Твою и коснись всего, что у него, - благословит ли он Тебя? И сказал Господь сатане: вот, все, что у него, в руке твоей; только на него не простирай руки твоей. И отошел сатана от лица Господня".

Кто мог это зреть? Комментатор Ветхого Завета Фома Аквинский говорит так: в этом тексте прежде всего - мысль автора о том, как Господь проявляет Свою заботу о делах человека и управляет нами. Вот какая здесь мысль заключена в этом драматизированном диалоге сатаны с Богом. Все расписано, как в сценарии: кто и что сказал. Но разве нуждается Бог в таком диалоге с сатаной?

Еще пример (3 Цар. 22:19): "Я видел Господа, сидящего на престоле Своем, и все воинство небесное стояло при Нем, по правую и по левую руку Его; и сказал Господь: кто склонил бы Ахава, чтобы он пошел и пал в Рамофе Галаадском? И один говорил так, другой говорил иначе; и выступил один дух, стал пред лицем Господа и сказал: я склоню его. И сказал ему Господь: чем? Он сказал: я выйду и сделаюсь духом лживым в устах всех пророков его. Господь сказал: ты склонишь его и сделаешь это; пойди с делай так".

Здесь темный дух лжи и нечестия выведен для того, чтобы показать, что Господь повелевает духам благим и допускает до искушения духа злого.

Я был у одного человека в его келье. Это был очень благочестивый человек. У него под стеклом на столе была написана такая фраза: "От Меня это было". То есть все, что происходит в жизни человека, случается только по Промыслу Божиему, в том числе и несчастья, беды, скорби. Не случайно русские люди говорили в таких случаях: "Посетил нас Господь". Не темный дух, не диавол - Господь. Бог допускает несчастье в жизни человека, чтобы проверить его мужество, его веру, что мы видим в книге Иова.

Есть так                           называемая                             проблема                           синтетического

повествования. Иногда  то  или  иное  повествование  дается  в

сокращенном виде, а иногда в развернутом. Мы часто видим такие

примеры и в Ветхом, и в Новом Завете.

Скажем, рассказ о сотнике, который просил за своего слугу. В одном случае, у евангелиста Матфея, он занимает всего четыре строки, а евангелист Лука уделяет этому же событию половину главы. Можно сказать, что апостол Матфей рассказывает эпизод сокращенно, а апостол Лука отражает событие во всей его полноте. И таких сокращений и расширений, называемых синтетическими, очень много и в Ветхом, и в Новом Завете.

Другое явление - параллелизм. Для того чтобы существовала симметрия в рассказе, чтобы не было каких-то сторон, чрезмерно выпячивающихся или, наоборот, пропадающих, необходимы по крайней мере два элемента, симметричные по отношению друг к другу. У семитов, которые писали и редактировали первые книги Библии, было понятие: рассекать явление на две половины. Если они говорили о каком-то событии, они как бы рассекали его на две половины. Эта симметрия событий называется параллелизмом. "Море видело и побежало; Иордан обратился вспять"; "Горы скакали как овны и холмы как агнцы; пред лицем Господа трепещи, земля"; "Пред лицем Бога Иаковлева, превращающего камень в озеро вод".

Иногда симметрия имеется между двумя двустишиями или даже более длинными строфами. "Если Господь не созиждет дома, напрасно трудится строящий его; если Господь не сохранит города, напрасно бодрствует страж".

Часто употребляется в Библии так называемый повтор. Примеры - почти в каждой книге, когда одно и то же событие повторяется много раз: пошел дождь, разлились реки, подули ветры, а потом опять все повторяется. Это делалось для того, чтобы на чем-то заострить внимание.

Такие принципы - расширения, симметрии и повтора - мы находим в беседе Иосифа с братьями, в благословении Иакова, других моментах, особенно когда были две книги, две редакции одного и того же события, и нужно было их сопоставить. В таком случае делался повтор.

Еще один прием ветхозаветного письма - число, которое играет свою роль.  Число употребляется  нашими  современниками как фактор объективной точности.  Для нас важно,  что мы число имеем как число.  Для  человека  древнего  было  не  так.  Для Древнего  Востока  число  имеет значение как элемент симметрии или гармонии,  но  не  как  число  в  чистом  виде.  Вместе  с параллелизмом  число входит иногда в состав поэзии и прозы как художественный фактор.

Особый образный язык Библии - одна из характерных черт восточного письма. Истина являлась в приукрашенном, изысканном наряде, и форма того или иного обращения помогала привлечь внимание читателя. Иногда это излагалось в виде загадки, иногда - в виде притчи. Вот пример из совсем как будто повседневной жизни:

"Тогда послал Амасия послов к Иоасу, царю Израильскому, сыну Иоахаза, сыну Ииуева, сказать: выйди, повидаемся лично. И послал Иоас, царь Израильский, к Амасии, царю Иудейскому, сказать: терн, который на Ливане, послал к кедру, который на Ливане же, сказать: "отдай дочь свою в жену сыну моему. Но прошли дикие звери, что на Ливане, и истоптали этот терн" (4 Цар. 14:8-9).

Если упростить все, что мы сказали, то получится примерно следующее: Амасия посылает для объявления войны, а царь Израильский в превосходстве отвечает ему: как ты осмеливаешься равняться со мной? Вот и все. А в какую поэтичную форму это облечено!

Часто Библия говорит намеками, полунамеками - это вообще стиль Востока. Мне приходилось общаться с людьми восточными, бывать у них в семьях. Когда слушаешь рассказ такого человека, зачастую непонятно, правду он говорит или что-то придумывает? Полунамек, полуправда - это образный язык, присущий натуре людей Востока. Пример из книги Судей - история с Самсоном: "Из едомого вышло едомое, из сильного вышло сладкое" (?). Загадка такая. А это труп льва, в котором пчелы свили гнездо и отложили мед, который потом поел Самсон. И когда эта загадку отгадали, Самсон сказал: "Если бы вы не орали на моей телице, то не отгадали бы моей загадки", то есть если бы вы не привлекли мою жену к отгадке, вы бы ничего не отгадали.

Известно, что аллегория помогает нам понять то, что не было бы понятным, будучи изложено простым языком. Часто у пророков встречается аллегорический образ брака, где народ израильский олицетворяется с супругой Яхве, а Бог Яхве - с женихом Израиля. Аллегория в отношении двух царей - Иоахаза и Иехонии, изображенных в образах двух львят. Образ двух царей - образ львов.

Другая форма аллегории - история в форме притчи. Об этом, я думаю, много не нужно говорить. Притчи вы все знаете: притча о блудном сыне, притча о Царствии Божием и т.д. Есть притчи и ветхозаветные. Например, разговор пророка Нафана с Давидом: "И послал Господь Нафана к Давиду. Тот пришел к нему и сказал: в одном городе было два человека, один богатый, другой бедный..."

Только когда он преподнес ему все в образе притчи, его озарило: ах, вот это я. А до этого он убивал, прелюбодействовал и как будто погасил все в сердце, все было нормально. А вот тут притча побудила его к раскаянию.

Еще один момент: изложение исторического факта под видом другого исторического факта. Пример (Иез. 28:12-16): "Ты печать совершенства, полнота мудрости и венец красоты. ты находился в Едеме в саду Божием; твои одежды были украшены всякими драгоценными камнями; рубин, топаз и алмаз, хризолит, оникс, яспис, сапфир, карбункул и изумруд и золото, все, искусно усаженное у тебя в гнездышках и нанизанное на тебе, приготовлено было в день сотворения твоего. Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то; ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней. Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония... Я низвергнул тебя, как нечистого, с горы Божией, изгнал тебя, херувим осеняющий, из среды огнистых камней".

Содержание этого отрывка наводит на мысль о том, что речь идет об Адаме, но, может быть, и об отпадении Деницы. Однако на самом деле пророк Божий Иезекииль ведет здесь речь о царе Тирском перед тем, как Тир был осажден Навухудоносором. Грех царя Тирского описан как аналогичный греху Адама. То есть берется история грехопадения Адама и излагается красочно, образно, одновременно описывая грех Тирского царя. В этой аналогии пророк дает нам возможность видеть падение царя Трского при помощи деталей, имеющих отношение к Адаму или к Ангелу.

В Ветхом и Новом Завете часто используется символ. Символ

- это действие или предмет, которые призваны означать нечто другое. Скажем, звезда. Для нас с вами она символизирует Вифлеемское рождение Христа Спасителя. А что означает треугольник - Всевидящее око? Единство Бога в Трех Лицах. Такие примеры мы можем найти и в Библии. Допустим, древо жизни, древо познания добра и зла, яблоко - все это символы, которые даны нам, чтобы лучше понять тот или иной предмет.

Есть еще один момент, с которым вы можете быть несогласны. Есть рассказы, которые имеют лишь видимость исторической действительности, которых на самом деле, может быть, и не было, но которые внесены писателем как нравоучительные. Как, скажем, повествование о каком-то событии, которое где-то с кем-то встречалось, но точно исторически не подтверждено. Это книга Товита, некоторые отрывки из книги пророка Ионы, а особенно это касается книги Иудифи, потому что ее фабула включает персонажи, географические названия, хронологию, обычаи, нравы, но при этом не соблюдается даже самой примитивной последовательности. Последние экзегеты говорят, что автор книги Иудифи в своем рассказе сводит воедино ситуации, реально отстоящие одна от другой на несколько веков. То есть опять нам это дано для нашего вразумления и нравоучения.

Мы подошли к вопросу о литературном единстве и происхождении Пятикнижия Моисеева, о чем будем говорить в следующий раз.

Темы рефератов:

1. "Понятие о взаимоотношениях между миром, человеком и Богом в свете первых глав книги Бытия".

2. "Духовный мир и его проявления в Ветхом Завете (мир духов, Ангелов)".

3. "Мессианское значение текстов  книги Бытия".

4. "История человечества от Ноя до Авраама".

5. "Вавилонское столпотворение".

6. "Авраам - отец верующих" ("Все об Аврааме").

7. "История Исаака".

8. "Египетское рабство и его значение".


2007г



Помощь проекту
Для развития проекта и оплату поступлений новых материалов нужны финансы, которых у разработчиков нет. Если Вы хотите помочь проекту, перечислите любую сумму на кошелек webmoney R326015014869.

Аудио

Из-за отстутсвия какой-либо финансовой помощи рубрика закрыта
Икона дня:


Поиск по порталу:



Мысль на сегодня: