Искупительный подвиг Господа нашего Иисуса Христа

  

Голгофская Жертва – Жертва любви к роду человеческому Святой Троицы: Отца, Сына и Святого Духа. Апостол любви  на все времена свидетельствует: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин.3,16). В основе  Божественной любви лежит жертвенное служение  всему миру. О нем говорит Спаситель: «Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее. Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее. Сию заповедь получил Я от Отца Моего…» (Ин. 10, 17-18).

Любовь Отца к роду человеческому принес в мир Сын Божий, на что указывает св. ап. Павел: «…живите в любви, как и Христос возлюбил нас и предал Себя за нас в приношение и жертву Богу, в благоухание приятное» (Еф.5,2).Творить жертву любви заповедано всем нам: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин.15,13). 

Любовь творит мир и человека. В раю Божественная Любовь дарует Адаму свободу выбора между Жизнью и смертью, попускает Адаму чрез отступление опытно познать лесть змия. Любовь дарует миру нового Адама - Богочеловека, ради спасения Адама ветхого и всего рода человеческого и провозглашает: «...должно вам родиться свыше» (Ин. 3,7).

Тема настоящего доклада требует непременного определения учения нашей Церкви о Ветхом Адаме и Богочеловеке, Новом Адаме, Который именуется часто Жертвой,  Искупителем, Бессмертным и смерть принявшим, «возмездием за грех», «выкупом за грех» и многими другими, казалось бы, противоречивыми определениями.

Адам, как свидетельствуют многие Святые Отцы, был сотворен для вечной жизни. Укажем на правило 109 (123) Карфагенского Собора 418 г.: «Признано всеми епископами карфагенския церкви, представшими на святый собор, которых имена и подписания внесены в деяния, яко Адам не смертным от Бога сотворен. Аще же кто речет, яко Адам, первозданный человек, сотворен смертным, так что, хотя бы согрешил, хотя бы не согрешил, умер бы телом, то есть вышел бы из тела, не в наказание за грех, но по необходимости естества: да будет анафема».[1]

   Вкусив запретный плод от «древа познания добра и зла», Адам  умирает (Быт. 2,17). Смерть была наказанием за преслушание Бога, следствием отпадения  от  Самой Жизни. «…За это предан он великим карам – тлению и смерти, для смирения гордыни его», - писал преподобный Симеон Богослов.[2]

Адам впал в грех непослушания Богу, утратил животворное общение с Богом. Святитель Василий Великий так указывал на причину смерти Адама: «Адам, как согрешил по причине худого произволения, так умер по причине греха:.. в какой мере удалился от жизни, в такой приблизился к смерти: потому что Бог - Жизнь, а лишение Жизни - смерть; поэтому Адам сам себе уготовал смерть чрез удаление от Бога...» (Цит. по: Макарий (Булгаков). Прав.-Догматическое Богословие. Т.2. С.486).

Грехопадение Адама имело определенные последствия для всех его потомков: это помрачение разума, развращение воли, искажение образа Божия, болезни и скорби и, наконец, смерть не только тела, но и духа человеческого. Грех этот на языке святых Отцов Церкви называется первородным грехом. Для самого Адама это был личный грех, а для его потомков - наследственный, как греховное состояние природы. Унаследованной для всех является смерть как души, так и тела.

Спасти род человеческий от такого греха и смерти возможно было только одному Богу. Он, ищущим спасения душ, заповедал второе рождение свыше от Духа Святого и предложил всем «восстановить естество человеческое в Естестве Своем».[3] По Его неизреченному промыслу людям надлежало изменить родословную и избавиться от гибельного наследства.

Бог чудным образом творит Нового Адама, Богочеловека, Которого мы называем Господом Иисусом Христом. Искупительный подвиг нашего Господа начинался с принятия человеческой плоти от Девы Марии. Творец заимствовал плоть Новому Адаму от Своего творения и тем самым явил миру Божественное смирение. По мысли преподобного Симеона Нового Богослова, Сын Божий «пришел, чтобы смириться вместо Адама – и действительно смирил Себя даже до смерти крестной. …Пришедши, воплотился, восприняв совершенное человечество, чтобы  быть совершенным Богом и совершенным человеком, и Божество имело таким образом человека достойного Его».[4]

Искупительный подвиг нашего Господа начинался с принятия человеческой плоти от Девы Марии. Творец заимствовал от творения плоть, смиряясь пред родом человеческим. О том,  как пришел в мир новый Адам, преподобный Симеон Новый Богослов писал: «Как тогда, при сотворении праматери нашей Евы, взял Бог ребро Адамово и создал из него жену: таким же образом и теперь взял Создатель наш и Творец Бог от Богородицы и Приснодевы Марии плоть, как бы закваску некую и некий начаток от замеси естества нашего и, соединив ее со Своим Божеством, непостижимым и неприступным или, лучше сказать, всю Божественную ипостась Свою соединил существенно с нашим естеством, и это человеческое естество несмесно сочетал со Своим существом и сделал его Своим собственным, так что сам Творец Адама непреложно и неизменно стал совершенным человеком. Ибо как из ребра Адамова  создал Он жену, так из дщери Адамовой, Приснодевы и Богородицы Марии, заимствовал девственную плоть бессеменно и, в нее облекшись, стал человеком, подобным первозданному Адаму, чтобы совершить такое дело, именно: как Адам чрез преступление заповеди Божией был причиною того, что все люди стали тленны и смертны, так чтобы и Христос, новый Адам, чрез исполнение всякой правды стал начатком возрождения нашего к нетлению и бессмертию. Сиe изъясняет бо­жественный Павел там, где говорит: «Первый человек - из земли, перстный; второй человек - Господь с неба. Каков перстный, таковы и перстные; и каков небесный, таковы и небесные (1 Кор. 15, 47,48)»[5].

   Замечательное размышление о необычном пришествии в мир Богочеловека  находим у святителя Игнатия (Брянчанинова): «Произвольно отвергнув подчинение Богу, произвольно вступив в подчинение диаволу, они (Прародители. – Авт.) утратили общение с Богом, свою свободу и достоинство, предали себя в подчинение и рабство падшему духу. Они произвольно отвергли жизнь, призвали в себя смерть; они произвольно нарушили целость дарованного им при сотворении добра, отравили себя грехом. Как начала рода человеческого, они сообщили и не перестают сообщать свою заразу, свою погибель, свою смерть всему человечеству. Адам, сотворенный по всесвятому Образу и Подобию Божиим, долженствовавший произвести соответствующее потомство, осквернил Образ, уничтожил Подобие, произвел потомство, соответствующее оскверненному образу, уничтоженному подобию. Священное Писание, засвидетельствовавшее, что человек сотворен по Образу Божию, уже лишает этого свидетельства чад Адамовых. Писание говорить о них, что они родились по образу Адама, т. е. такими, каким соделался Адам по падении. По причине утраты подобия, образ соделался непотребным. От лица каждого человека, вступающего в бытие падения, Писание приносит горестную исповедь: В беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя. Человеки соделались врагами Бога, Творца своего (Рим. 5,10).

Бог, по неизреченной милости Своей, призвал снова род человеческий в общение с Собой. Это совершил он при посредстве самого чуднаго, непостижимого способа. Единым из трех Лиц Своих, Всесвятым Словом, Он принял человечество, зачавшись во утробе Пресвятой Девы действием Всесвятого Духа, устранив от Себя обыкновенное человеческое зачатие от семени мужеского - зачатие, сообщавшее всем человекам заразу греховную. Таким образом явился в роде человеческом непорочный Человек, каким создан праотец (С.329-330). Этот непорочный Человек был причастником Божественного Естества, подобно первозданному, но несравненно в большей степени: первозданный был святым по благодати человеком, а вочеловечившийся Бог соделался Богочеловеком. Все грехи человеческие Он принял на Себя. Он мог сделать это, потому что, будучи человеком, был и всемогущим, всесовершенным Богом. Приняв все человеческие грехи на Себя, Он принес Себя в искупительную жертву правосудию Божию за согрешившее человечество: Он совершил искупление: ибо мог сделать это. Неограниченно и бесконечно Святый искупил Своими страданиями и смертью многочисленные, но ограниченные согрешения человеческие, — и Священное Писание со всею справедливостью свидетельствует о Нем: Се Агнец Божий, вземляй грехи миpa (Ин.1,29). Богочеловек заменяет Собою пред Богом и весь мир, и каждого человека» (Свт. Игнатий (Брянчанинов). Творения. Т.2. С.328-330). И в другом месте: «...зачинаемся и рождаемся с душой, зараженной грехом; зачинаемся и родимся, имея семя греха, насажденное во всем естестве нашем, имея яд греха, разлитый во всех членах души и тела. В беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя. Таким образом, весь род человеческий соделался и соделывается непотребным, умерщвляется грехом, заразившим нас в самом корне нашем, в праотце. При воссоздании нас искуплением нужно было устранить корень, не престававший сообщать всем отраслям смертоносную заразу, нужно было заменить его корнем, который бы сообщал нам жизнь, нетление, святость, нужен был для рода человеческого новый праотец, и им соделался Господь с небесе. Он благоволил быть по плоти потомком Адама, зачавшись от Девы бессеменно и бесстрастно. Земным рождением Адам и многие человеки предварили Иисуса; но рождением из смерти и гроба, которое есть воскресение, Иисус предварил Адама и всех человеков. Он соделался Первенцем рода человеческого; Он – первый человек, восшедший на небо. Там воссел Он одесную Бога. Адам и прочие святые праотцы Иисуса по плоти соделались Его потомками по рождению Духом в пакибытие. Он — Отец будущего века, Родоначальник святого племени избранных. Чтобы нам, начавшим существовать по образу ветхого Адама, перейти из его отверженного потомства в благословенное потомство Нового Адама, – должно родиться Свыше» (Т.4. С.56-57).

Так был дарован человечеству «новый праотец». Участие в этом «искупительном воссоздании» принимал и Бог, и человек. Бог принес миру в дар основание Божественной Любви - Смирение и заповедал: «Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф.11,29). Совершенный человек, «родоначальник святого племени избранных», приносит нам такую плоть, которая может вместить душу человеческую, как сосуд благодати Духа Святого. В этой плоти душа может создать все условия для стяжания благодати Духа Святого.

 Свт. Афанасий Великий так указывает на «оживотворение» человечества: «Посему-то пришел самолично Сын Божий восстановить естество человеческое в Естестве Своем из нового начала и чудным рождением, и не разделил первоначального состава, но отринул всеянное отложение, как свидетельствует Пророк, говоря: "Прежде, неже разумети Отрочати благое или злое, отринет лукавое, еже избрати благое" /Ис. 7,16/. Посему пришло Слово, Бог и Создатель первого человека, чтобы сделаться человеком, для оживотворения человека и низложения злобного врага; и родилось от жены, восставив Себе от первого создания человеческий зрак в явлении плоти без плотских пожеланий и человеческих помыслов, в обновленном образе…»; «Второй Адам имел и душу и тело и целого первого Адама» (Свт. Афанасий Великий. Толкование на псалмы. Творения. Ч.4. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1903. С.152).

«По мысли преп. Макария Египетского, Христос пришел, чтобы «исцелить человечность». Свт. Василий Великий прямо уподобляет Христа врачу: «Главное в спасительном домостроительстве по плоти – привести человеческое естество в единение с самим собой и со Спасителем и, истребив лукавое рассечение, восстановить первобытное единство, подобно тому, как наилучший врач целительными средствами связывает тело, расторгнутое на многие части» (Творения. Ч.5. С.360). Еще в ветхозаветное время было сказано: "Бог не желает погубить душу и помышляет, как бы не отвергнуть от Себя и отверженного" (2 Цар. 14, 14).[6]

Новый Адам заимствует плоть от Девы Марии сверхъестественно и творит Себе человеческое естество так чудно, что святитель Григорий Богослов называет Его «самосозданным человеком»: «Хотя чревоносит  Дева,  в которой душа и тело предочищены  Духом (ибо надлежало и рождение  почтить, и девство предпочесть); однако же, происшедший есть Бог и с воспринятым от Него (человеческим естеством) – единое из двух противоположных – плоти и Духа, из которых один обожил, а другая обожена… Таково мое слово о новом рождении Христовом. Здесь нет ничего позорного, потому что позорен один грех. А во Христе не имеет места ничего позорное; потому что Его (человеческое естество) создало Слово, а не от человеческого семени стал Он человеком. Но из плоти Пречистой неневестной Матери, которую предварительно очистил Дух, исшел самосозданный Человек; принял же очищение ради меня»[7]; «Что значит рождение Бога от Девы? Как сошлись воедино естества между собою далекие? — Это тайна; но как представляется мне, малым умом измеряющему превысшее ума, очистительный Дух снисшел на Деву, а Слово Само Себе создало в Себе человека, всецелый замен целого умершего человека»[8].

О том, что Слово создало Себе плоть в утробе Девы Марии, святой Ефрем Сирин размышлял так: «Он (Христос) рожден безболезненно, потому что зачат нерастленно. В Деве облекается  плотию, но не от плоти, а от Святаго Духа; потому  родился от Девы: ибо Дух разверз утробу, дабы исшел Человек, создавший естество и сообщивший Деве силу возрастить его, Дух вспомоществовал при рождении  не познавшей мужняго ложа; потому, рожденное не нарушило печати девства, и  Дева пребыла без болезней»[9].

Из всего вышеизложенного следует, что Второй Адам - «Господь с неба», что Он «самосозданный Человек»; что «Слово Само Себе создало в Себе Человека»; что Слово «в Деве облекается плотию, но не от плоти, а от Святого Духа»; что «Сын Божий восстанавливает естество человеческое в Естестве Своем». Мало того! Второй Адам несравненно выше первого: «...первозданный был святым по благодати человеком, а вочеловечивыйся Бог соделался Богочеловеком».

Свт. Игнатий (Брянчанинов): «Богочеловек имел естество человеческое вполне непорочное, но ограниченное. Оно было ограниченное: ограниченное не только той ограниченностью, с которой человек создан, но и той ограниченностью, которая гораздо в большей степени явилась в естестве человека по его падении. Богочеловек не имел греха, вовсе был непричастен греху, даже в самомалейших его видах: естественные свойства его не были изменены, как в нас, в страсти, свойства эти находились в Нем естественном порядке, в постоянном подчинении духу, а дух находился в постоянном управлении Божества, соединенного с человечеством... Печаль никогда не овладевала Им, как случается с нами, а постоянно была управляема духом. Господь допустил в Себе такое предсмертное томление в саду Гефсиманском, что это состояние души Его названо в Евангелии подвигом и смертельною скорбью. Оно сопровождалось таким страдальческим напряжением тела, что тело дало из себя и пролило на землю пот, которого капли были подобны каплям крови. Но и при этом усиленном подвиге тяжкая скорбь находилась в покорности духу, который, выражая вместе и тяжесть скорби и власть свою над скорбью, говорил: Отче мой, аще возможно есть, да мимо идет от Мене чаша сия: обаче не якоже Аз xoщу, но якоже Ты” (Т.4. С.396-397); «Богочеловек был вполне чужд одного из свойств нашего падшего естества: Он был вполне чужд— не по устройству тела, но по ощущению души и тела—того свойства, которое до падения нисколько не было ощущаемо, ощущено немедленно по падении, потом развилось, соделалось естественным падшему естеству. Адам, сотворенный бесстрастно из земли, Ева, заимствованная бесстрастно из Адама, сообразно бесстрастному началу бытия своего были бесстрастны. Они до того были бесстрастны и невинны, что при ближайшем содружестве и непрестанном обращении друг с другом, не нуждались в одежде, даже не понимали наготы своей, не смотря на то, что непрестанно видели ее. Богочеловек зачался от действия Святого Духа! Слово составило Себе плоть во утробе Пречистой Девы! Бог соделал плоть Свою в самом зачатии ея Божественною, способною к ощущениям единственно духовным и Божественным. Хотя свойства плоти Богочеловека были человеческие, но вместе все они были обоженные, как принадлежащие одному Лицу, которое Бог и человек. По этой же причине человеческие свойства Богочеловека были вместе и естественны и сверхъестественны в отношении к человеческому естеству. Святость плоти Бога и Господа была бесконечно выше святости, в которой сотворена плоть твари - Адама. Очевидно, что зараза, которую источает человеческое падение во всех человеков посредством унизительного зачатия по подобию зверей и скотов, зачатия во грехе, здесь не могла иметь никакого места, потому что не имел места самый способ зачатия, то есть не имело места то средство, которым сообщается греховная зараза. Напротив того: как зачатие было Божественно, так и все последствия его были Божественны» (Т.4. С.398-399); “Божественное тело Богочеловека зачалось Божественно и родилось Божественно. Дева совершила рождение, будучи во время рождения преисполнена духовной святейшей радости. Болезни не сопровождали этого рождения, подобно тому, как болезни не сопровождали взятие Евы из Адама. Они не могли иметь тут места, будучи одной из казней за первородный грех, а этот грех не имел тут места, потому что зачатие совершилось не только без участия мужеского семени, не только без всякого ощущения плотской страсти, но, в противоположность обычному зачатию, при наитии Святого Духа на Деву, при вселении Всесвятого Бога-Слова в утробу Девы. Безболезненность этого рождения ясно видна из скромного и простого повествования, которое читаем в Евангелии. Роди Сына Своего первенца, поведает Евангелие о Богоматери, и повит Его, и положи в яслех. Родила Дева, и немедленно приступает к служению! Рожденного повивает, полагает в яслях, не нуждаясь при служении в посторонней помощи, потому что не ощущает никакой болезни, никакого изнеможения, которые так свойственны женам, рождающим в грех чад, зачатых в беззакониях, рождающим их уже убитыми вечной смертью и для вечной смерти. Божия Матерь родила Жизнь и Подателя жизни” (Т.4. С.403-404);

«Не должно думать, чтоб тело Христово получило такие свойства только по воскресении [* (Примечание святителя Игнатия. – Авт.): Святаго Иоанна Дамаскина. Точное изложение Православной Веры, книга III, глава XXVIII и XVI. Господь единственно по „благоволению Своему приял на Себя немощи падшего человеческого естества, как-то: голод, жажду, утомление, самую телесную смерть, состоящую в разлучении души с телом". Всему этому тело Господа подчинялось до Его воскресения, и престало подчиняться по воскресении. Сама по себе плоть Господа с самого зачатия обожена; она зачалась уже Божественною. «Она, – говорит Дамаскин, – стала едино с Богом, и Богом — не по преложению или превращению, не по изменению или слиянию естества. Одно из естеств — по ссылке на 42-е слово Григория Богослова — обожило, другое обожено, и, осмелюсь сказать, стало едино с Богом; и помазавшее сделалось человеком, а помазанное Богом. И cиe не по изменению естества, но по соединению промыслительному о спасении, то есть, Ипостасному, по которому плоть неразлучно соединилась с Богом-Словом, и по взаимному проникновению естеств, чему подобное видим в раскалении железа огнем». Как Божество имеет всегда одинаковое достоинство, будучи постоянно равно самому Ce6е и неизменяемо: так и достоинство души и плоти Гос­пода в отношении к их Божественности всегда было одинаково. Одинаковым было это достоинство во всех изменениях по человеческому воз­расту Богочеловека: одинаковым было оно, когда вочеловечившийся Бог возлежал младенцем в яслях, когда повит был пеленами, и когда явил Себя в неизреченной славе на горе Фаворской, когда воскресал из гроба, когда возносился на небо. Одинаковым было это достоинство во всех обстоятельствах, которым благоволил Богочеловек подчиняться по человечеству своему; одинаковым сие  было это достоинство, когда Господь предстоял связанным Синедриону и Пилату, когда был осыпаем наруганиями, заушениями и оплеваниями, и когда Он воссел, по человечеству, одесную Бога-Отца, когда поклонились и припали к стопам Его все Ангелы и Архангелы]. Нет! Оно, как тело всесовершенного Бога, всегда имело их, а по воскресении лишь постоянно проявляло их. Доказывают то следующие события: однажды в храме Иерусалимском Господь Иисус Христос сделал указание на Свою предвечность по Божеству; Иудеи взялись за камни, чтобы побить Богочеловека, столь открыто объявившего им о Себе. Но Господь внезапно сделался невидим посреди их; и удалился из храма, пройдя между множеством врагов Своих. В другой раз разъяренные жители города Назарета схватили Господа, учившего в их синагоге, и повели на вершину горы, на которой построен город, чтобы оттуда свергнуть вниз и убить...» (Т.4. С.403, прим.); «Способ зачатия, сообщавший с жизнью греховность, не мог быть употреблен при зачатии Богочеловека, предназначенного в искупительную Жертву за человечество. Жертва за греховность человечества долженствовала быть чуждой греха, вполне непорочной. Этого мало: она долженствовала быть безмерной цены, чтоб могла искупить человечество, виновное пред бесконечным Богом” (Т. 4. С.393). «Не брак соорудил Божественную плоть, но Сам Он делается ваятелем собственной плоти, начертанной  Божественным перстом» (Свт. Григорий Нисский. Творения. М., 1861. Ч. 1. С. 339). Святитель Иоанн Златоуст: «…Если сказано, что Бог послал Сына  в подобии плоти, не заключай отсюда, будто плоть Христова  была не та же:  слово “подобие” прибавлено потому, что человеческая плоть названа плотию греха, а Христос имел не греховную плоть, но хотя по природе одинаковую с нами,   впрочем,  только подобную греховной нашей и безгрешную».[10]

Приведенные мысли Святых Отцов более чем убедительно говорят нам о том, что Новый Адам  не только Бог, но и совершенный Человек. Он пришел в мир спасти поверженных  наследственным грехом ветхого Адама: «Посему, как одним человеком грех вошел в мир, и грехом (тис амартиас) смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили (эф о пантэс имартон)» (Рим. 5,12). Начало новой жизни мы обретаем во Христе по вере нашей в Его Слово: «Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира» (Ин. 6,51). Христос принес миру Свою  Плоть  чрез крестные страдания. «…Хотя Он страдал и умер за нас по человечеству, но это человечество и во время страданий было нераздельно соединено с Его Божеством, и есть собственное человечество Бога Слова», - писал Митрополит Макарий  (Булгаков).[11]

Искупительным подвигом  была вся земная жизнь Иисуса Христа. «Он, будучи образом Божиим, - по слову ап. Павла, - не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной» (Флп. 2, 6-8). Этот «кеносис» (истощание) продолжался всю земную жизнь Спасителя, являясь основой нашего Искупления. Ветхий Адам пал, сраженный гордыней. Новый Адам восстанавливает его смирением. В гордыне заключалось наше падение, в смирении состоялось наше Искупление и в смирении же заключается спасение каждого из нас.

Преподобный Иоанн Дамаскин указывает на особое соотношение Божественной ипостаси и человеческой плоти в Богочеловеке: «...Одна и та же самая Ипостась – и несозданна по причине Божества, и сотворенна по причине человечества, видима и невидима; ибо иначе мы – принуждены или разделять единого Христа, говоря о двух Ипостасях, или  отрицать различие естеств и вводить превращение и слияние».[12]

Церкви Христовой известно, как последователи монофизитской ереси «учили о слиянии» двух природ или естеств во Христе; утверждали, что человеческая природа была воспринята Богом и стала Его принадлежностью, утратив принадлежащие ей свойства. Сторонники этой ереси, афтартодокеты, в 6в. превратно учили, что тело Христа было лишь видимостью, и, следовательно, Христос не испытывал страдания как все люди, хотя и принял Их добровольно.

Об искупительных страданиях нашего Господа право учил преп. Иоанн Дамаскин, когда говорил о «безпорочных страстях»: «Далее, исповедуем, что Христос восприял все естественные и безпорочные страсти человека. Ибо Он воспринял всего человека и все, что принадлежит человеку, кроме греха. Ибо этот неественен и не всеян в нас Творцом, но произвольно происходит в нашей свободной воле вследствие диавольского посева и не владычествует над нами насильно. Естественныя же и беспорочныя страсти суть не находящиеся в нашей власти, которые вошли в человеческую жизнь вследствие осуждения, происшедшего из-за преступления, как например, голод, жажда, утомление, труд, слеза, тление, уклонение от смерти, боязнь, предсмертная мука, от которой происходят пот, капли крови; происходящая вследствие немощи естества помощь со стороны ангелов и подобное, что по природе присуще всем людям. Итак, Он воспринял все, для того, чтобы все освятить. Он был искушен, и победил, для того, чтобы приготовить нам победу и дать естеству силу побеждать противника, чтобы естество, древле побежденное, обратило древле победившего в бегство с помощью тех нападений, чрез посредство которых оно было побеждено. Лукавый извне напал на Христа, конечно, не чрез посредство помыслов, подобно тому как он сделал нападение и на Адама; ибо и на того он напал не с помощью помыслов, но чрез посредство змия. Господь же отразил от Себя нападение, и рассеял, как дым, для того, чтобы страсти, напавшие на Него и побежденные, сделались легко одолимыми для нас, и для того, чтобы новый Адам привел в первобытное состояние древнего» (Точное изложение Православной веры. Кн. 3. Гл. 20).

По слову преподобного Иоанна Дамаскина, Господь «воспринял все естественные и беспорочные страсти человека», которые Святой Отец называл тлением (голод, жажда, утомление, труд, слеза, боязнь, предсмертная мука и подобное, что по природе присуще всем людям),[13] отмечая при этом, что «все это Он воспринял добровольно».[14] Преподобный раскрывает смысл понятия «добровольно» так: «Естественные страсти наши были во Христе, без  всякого сомнения, и сообразно с естеством, и превыше естества. Ибо сообразно с естеством они возбуждались в Нем тогда, когда Он позволял плоти испытать то, что было ей свойственно; а превыше естества потому, что в Господе то, что было естественно, не предшествовало Его воле, ибо в Нем не созерцается ничего вынужденного, но все как добровольное. Ибо, желая –  Он алкал, желая – жаждал, желая – боялся, желая – умер».[15] Об этом же подробно пишет святитель Игнатий (Брянчанинов): «Богочеловек, как Искупительная Жертва, принял на Себя все немощи человеческие - последствия падения - кроме греха, чтобы, искупив человечество, избавить его от бремени этих немощей, явить его в обновленном состоянии, явить его без тех немощей, которые привлечены в естество наше падением. Богочеловек воспринял и носил наши немощи произвольно, а отнюдь не был им подчинен необходимостью естества: будучи совершенным человеком, Он был и совершенным Богом, Творцом человеческого естества, неограниченным Владыкой этого естества. По этой причине Он являл Свое человечество так, как Ему было благоугодно. Иногда Он являл Свое человечество в немощи естества падшего: утруждался, жаждал, принимал упокоение сном, был схвачен и связан в саду Гефсиманском, претерпел биение и поругание, был распят и погребен. Иногда Он являл человечество Свое в правах естества, с какими оно создано: ходил по водам; въехал в Иерусалим на необъезженном жеребце, на которого из человеков еще никто не садился; эта власть была первоначально достоянием Адама (Здесь свт. Игнатий ссылается на: преп. Макарий Великий. Слово IV, гл. 3.). Иногда Господь являл Свое человеческое естество в том состоянии славы и величия, которое Он даровал человеческому естеству, совокупив в Себе, в одном Лице, Божество и человечество, которого оно отнюдь не имело по сотворении, в самом состоянии невинности и бессмертия: это состояние величия и славы Он явил дивными знамениями, преимущественно же явил избранным ученикам при Преображении Своем, явил в такой степени, в какой они способны были видеть, а не в той, в какой оно есть. Божество Богочеловека соединено неслитно, но вполне соединено с Его человечеством: Божество Богочеловека соединено с Его человеческим духом, с Его душой, с Его телом” (Творения. Т.4. С.398-399).

   Таков Ходатай  за нас пред Богом. Апостол свидетельствует о Нем: «Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех» (1 Тим. 2, 5-6). Только Он мог восстановить падшую человеческую природу в первозданном виде и даровать людям  ту благодать, благодаря которой они могли бы обрести  общение с Богом и бессмертие. Святитель Кирилл Иерусалимский писал: «Не столь важно было беззаконие грешников, сколько важна была правда Умершего за них. Не столько мы согрешили, сколько сделал правды Положивший за нас душу Свою…».[16] О какой правде здесь идет речь? Это правда Божественной любви. Но при этом следует помнить слова многих Святых Отцов о том, что у Бога ничего не бывает не только без любви, но и без справедливости (являющейся одним из проявлений Любви, причем не только по отношению к праведным, но и по отношению к подвергающимся наказанию грешникам).

Христос даровал человечеству возможность войти в единение с  Богом, подражая жизни Спасителя и, прежде всего, Его смирению. «Чтобы нашей природе легче было следовать Ему, Он, приняв нашу плоть и природу, пошел в ней и выполнил заповеди на деле» ( Иоанн Златоуст, свт. Творения. Т. 3. С., 363).

«Подобало же, конечно, не только то самое человеческое естество, которое было в Нем воспринято, но и весь человеческий род обессмертить и возвести к общению с оной жизнью…, представить Его образ  жизни для подражания: ибо Бог предлежит созерцанию для подражания Ему, как для человека, так и для добрых ангелов. …Пожив вместе с нами, представляет себя в пример возвратного, подъемного пути к жизни. Но не только это: Он становится и Учителем нашим, словом указывая путь, ведущий в жизнь, и величайшими чудесами делая достоверными слова учения».[17]

В Евангелии сказано: «Пребудьте во Мне, и Я в вас. Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе: так и вы, если не будете во Мне. Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего» (Ин.15,4-5). Новый Адам создал людям все условия для того, чтобы они могли стать людьми Его рода. Все Святые Отцы единодушно свидетельствуют: в таинстве воплощения воссозидается ветхий Адам, во чреве Девы Марии Бог Слово творит Собой и в себе Нового Адама, который причастен Богу всей своей природой более даже, чем первый Адам. Возникает вопрос: зачем же тогда необходима смерть этого совершенного Человека? Казалось бы, цель достигнута: на земле появился Новый Адам – чего же более? Но главное – зачем не просто смерть, но такая смерть?

Зачем необходим Крест? Почему дело Спасителя называется Жертвой?..

«На другой день видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин. 1,29). Предтеча Господень прямо отсылает сознание его слушателей к образу заколаемого ветхозаветного агнца. Апостол Иоанн Богослов, ученик Крестителя, не толкует жертвенное служение Спасителя иначе.[18] Соборный разум Церкви всегда относил именно ко Христу следующие строки из книги пророка Исаии:

«Но Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. 5 Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. 6 Все мы блуждали как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас. 7 Он истязуем был, но страдал добровольно и не открывал уст Своих; как овца, веден был на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не открывал уст Своих. 8 ...за преступления народа Моего претерпел казнь. 9 ...не сделал греха, и не было лжи в устах Его. 10 Но Господу угодно было поразить Его, и Он предал Его мучению; когда же душа Его принесет жертву умилостивления, Он узрит потомство долговечное... 11 ...Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих, и грехи их на Себе понесет. 12 ...предал душу Свою на смерть, и к злодеям причтен был, тогда как Он понес на Себе грех многих и за преступников сделался ходатаем» (Ис.53, 4-12).

О Христе как об Агнце, причем предназначенном к искуплению прежде создания мира, говорит св. ап. Петр: «не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, предназначенного еще прежде создания мира, но явившегося в последние времена для вас» (1 Пет.1,18-20).[19] Сам Спаситель говорит об этом: «...и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом. Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мк.10,44-45; Мф.20,28), а также: «И, взяв хлеб и благодарив, преломил и подал им, говоря: сие есть тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, говоря: сия чаша есть Новый Завет в Моей крови, которая за вас проливается» (Лк.22, 19-20). Именно так, через образы Агнца и Первосвященника, осмысляет Жертву Христову один из глубочайших богословов Церкви – св. апостол Павел.[I] Святитель Феофан Затворник в полном согласии с учением апостола Павла пишет (толкуя слова «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою [ибо написано: проклят всяк, висящий на древе]...» (Гал. 3,13)) следующее: «...и это установление было прообразом крестной смерти Господа. И Он повешен на древе, а вечером снят. Не было в Нем греха; но как в законе висение собственно означало грех и клятву, то и висение Господа то же означало, или имело ту же силу, только не Его Самого касаясь, яко непорочного, но всего человечества. На Кресте повешена сама клятва, так что ее более уже нет ни для кого, кто укрывается под сень Креста. Святой Златоуст говорит о сем: “Желающий разрушить клятву сам должен быть свободен от клятвы, должен принять на себя клятву незаслуженную вместо оной заслуженной: такую клятву и принял на Себя Христос, и ею уничтожил заслуженную. И как кто-нибудь не подлежащий осуждению, решившись умереть за осужденного на смерть, сим избавляет его от смерти, так поступил и Христос. Поелику Он не подлежал проклятию за преступление закона, то принял на Себя вместо заслуженного нами незаслуженное Им проклятие, дабы освободить всех от заслуженного. Ибо Он не сделал греха, и не было лжи в устах Его (Ис. 53,9). Но как умерший за тех, кои осуждены на смерть, освобождает их от смерти, так и принявший на Себя проклятие освободил от проклятия”. “Никого не должно смущать, - пишет блаж. Иероним, - то, что Христос сделался за нас клятвой... Уничижение Господа нашего есть слава наша... Он повис на древе, чтобы грех, нами учиненный на древе познания добра и зла, истребить повешением на древе. Он стал и клятвой, чтобы благословение на нас снизошло и почило в нас”»[20].

Таким образом, Христу вменяются наши грехи. Но при этом никогда нельзя забывать, что происходит это по воле Самого Христа, Который был вовсе не «страдательным орудием удовлетворения разгневанного Бога-Отца», нет: Голгофская Жертва была не просто даже добровольной жертвой праведника за беззаконных – она была Жертвой любви, приносимой Богом Самому Богу во имя любви Бога к роду человеческому. Соборному разуму Церкви присуще именно такое понимание происшедшего на Голгофе: толкование Жертвы Христовой как заместительной жертвы, но именно как Жертвы Сына Божьего и, одновременно, Нового Адама, добровольно[21] умершего вместо ветхого Адама, по любви к этому падшему Адаму и во имя исцеления этого Адама от первородного греха и его последствий – неукоризненных немощей. Вспомним Символ веры, читаемый нами ежедневно: «...распятого же за ны». Святитель Ириней Лионский: «Христос искупил нас Кровию Своею и предал душу Свою за наши души и Плоть Свою за нашу плоть».[22]

Смерть Христова была необходима для того, чтобы завершить дело нашего спасения: приобщить смертного человека к бессмертному Христу, чтобы человек получил от Бога прощение грехов. Из высказываний Святых Отцов о Голгофской Жертве видно, что дело нашего спасения они понимают как исцеление греха и как прощение греха. Простить грех и исцелить грех – не одно и то же: исцелить (естество от греха) – это значит приобщить к жизни и восстановить союз любви, а простить – это отпустить вину.[23] Союз любви человека с Богом восстановил чрез искупительный подвиг Господь наш Иисус Христос. Искупить – это значит заслужить прощение или искупить вину. Мы виновны пред Богом в том, что утратили Богоподобие (по причине первородного и личного греха). Исцелить нашу болезнь можно при одном условии: необходимо приобщиться ко Христу и заимствовать от Него здравие души и тела. Мы расточали духовные силы – Он собрал их и принес нам в дар, как наш долг пред Богом и Божественными законами Жизни. Спаситель «выкупил» человечество из плена греха и смерти, исцелил нас «дорогой ценой», и исцеленным – даровал прощение грехов.

«Примирить людей с Богом значит то же, что восстановить союз между Богом и человеком, разрушенный грехом. И Иисус Христос действительно установил своею Кровию «Новый Завет» (1 Кор. 11,25), воссоединил людей с Богом союзом теснейшей любви и сам есть Глава искупленного человечества, Глава Церкви, за которую предал себя на смерть (см.: Еф. 5, 25-27). …Примиряющимся является собственно человек, а Бог – примиряющим человека и Тем, с Кем примиряется человек. «Не Бог враждует против нас, но мы против Него, - говорит Златоуст. – Бог никогда не враждует» (На 2 Кор. Беседа 11, 3)».[24]

Пришедший в мир Богочеловек, совершая все то (и даже гораздо более), что не совершил Адам, освятил и обожил естество человека, соединил его с Богом в Самом Себе, а затем на Голгофе упразднил клятву, тяготевшую над человеческим родом.

Что подразумевается под словом «проклятие» или «клятва», о чем слышим мы в тропаре Рождества пресвятой Богородицы («...и, разруши¢в клятву, даде благословение»)? Вот что пишет об этом, к примеру, архиепископ Серафим (Соболев) (Слово в день праздника Благовещения, 1946г., София): «Страшным несчастьем было для нас это проклятие. В своей сущности оно было разъединением людей с Богом, или отлучением их от райского блаженства на земле, как и в будущей жизни, ибо двери рая были закрыты даже для ветхозаветных праведников... Благовещение даровало нам избавление от проклятия, соединение с Богом и райское блаженство» (см.: Серафим Соболев, архиеп. Об истинном монархическом самосознании. С.250).

Но не только словами «разруш¢ив клятву» описывается дело Христа, но и – «упразднив смерть, дарова нам живот вечный» (тропарь Рождеству). «Клятва» есть состояние человека, отступившего от Бога и, тем самым, отступившего от Любви и Жизни. Клятва – это слова[25] «смертию умрете», ибо смерть (как и прочие так называемые безукоризненные немощи) есть прямое и неизбежное («правда Божия») следствие отступления от Бога – прародительского греха.

Свт. Афанасий Великий писал: “Если же смерть привилась к телу и, как в нем пребывающая, возобладала им, то нужно было и жизни привиться к телу, чтобы, облекшись в жизнь, свергло оно с себя тление” (Свт. Афанасий Великий. Творения. Ч. 5. ТСЛ. 1903, с. 346). И еще: “Слово знало, что тление не иначе могло быть прекращено в людях, как только непременной смертью; умереть же Слову, как бессмертному и Отчему Сыну, было невозможно. Для этого-то самого приемлет Оно на Себя тело, которое бы могло умереть, чтобы оно, как причастное Сущему над всеми Слову, было достаточным для смерти за всех, чтобы ради обитающего в нем Слова пребыло нетленным и чтобы, наконец, во всех прекращено было тление благодатию Воскресения…” (Свт. Афанасий Великий. Творения. Ч. 1. ТСЛ. 1903. С. 202).

 «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3,16). «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин.15,13). Спаситель, сказав о такой степени любви, Сам превзошел ее. Свт. Иоанн Златоуст говорит: «Люди должны были погибнуть, но за них Бог предал Сына Своего... Он принес Себя в жертву за врагов, за ненавидящих Его и отвращающихся от Него. Чего кто-нибудь не сделал бы ни для своих друзей, ни для своих детей, ни для своих братьев, то Господь сделал для рабов..., для таких людей, которые не заслуживали одобрения. Если бы они заслужили одобрение, если бы они были благоугодны Ему, то не так было бы достойно удивления. Между тем ныне это особенно поражает всякий ум, что Он умер за таких неблагодарных и несмысленных... И мы, пользуясь плодами такой любви, еще забываем и не любим Христа» (Цит. по: Сарычев. С.43-44). И в другом месте святитель Иоанн Златоуст говорит: «Ибо великое дело, когда и грешник умирает за кого-нибудь; но когда праведник страждет таким образом и умирает за грешников, и не просто умирает, но умирает как злодей; и не только вменяется со злодеями, но еще Своей смертью дарует нам великие блага, которых мы и не ожидали,.. то какое слово, какой ум может достойно обнять и изобразить сие?..»[26]

Почему Христос должен был умереть на Голгофе? Грех и смерть неразрывно связаны. Смерть – следствие первородного греха, живущего в природе падшего человека. «Самозданному Адаму» смерть не была свойственна, ибо Он «в Деве облекается плотию, но не от плоти, а от Святаго Духа». Ради нашего спасения Богочеловек добровольно претерпевает и преодолевает в Себе естественную боязнь человеческой природы перед лицом смерти. Христос являет полную власть над принятыми на Себя неукоризненными немощами и самой смертью – и, попустив проявиться естественному (и потому безукоризненному) страху человеческой природы перед смертью, побеждает этот страх, а затем и саму смерть. По учению свт. Кирилла Александрийского, для того Господь и допускал у Себя проявления различных страстей, чтобы их в Себе уничтожить: «как смерть не упразднилась бы, если бы Он не умер, так было бы и с каждою из плотских страстей: если бы Он не испытал страха, то и (наше) естество не освободилось бы от страха. — Во Христе обнаруживались плотские страсти не для того, чтобы они затем могли иметь такую же силу, как и в нас, но для того, чтобы обнаруженное было упразднено силою присущего плоти Слова, по изменении естества на лучшее»... Таким образом, Христос освящает Своей жизнью подвиг борьбы с человеческими немощами.

По слову святителя Иоанна Златоуста, Христос избирает как вид Своей жертвенной смерти именно казнь на кресте по той причине, что смерть на кресте являлась из всех видов казни не только наиболее страшной, мучительной, но и наиболее бесчестной, позорной: «...ибо умереть на древе гораздо более значило, нежели умереть просто... Такая смерть не только вменялась в наказание, но и в бесчестие...».[27] Таким образом, исполненная всяческого бесчестия, исполненная страдания в наивысшей степени, находящаяся под проклятием закона Моисеева смерть на кресте (на древе) наиболее соответствует стремлению Спасителя к высшей степени самоумаления, «кеносиса», что значит – смирения. Ветхий Адам пал, будучи еще до вкушения запретного плода объят в сердце гордыней, стремлением стать человекобогом. Богочеловек, Господь наш Иисус Христос, являет нам как путь для подражания и спасения – путь смирения, путь самоуничижения... Страдает, смиряется Христос за нас и вместо нас, чтобы мы, следуя за Ним, учились смирению, побеждали гордыню и преодолевали страдания спасения ради. Гордыню падшего Адама можно смирить лишь пройдя путь унижения, а пройти его мы можем лишь следуя за Христом, который прошел этим путем (не ради Себя, а ради нас). Только Его язвами и можно исцелить извечное искушение «будете как боги». Святые Отцы учили, что смирению может научиться только тот, кто смирялся – и, прежде всего, пред врагами своими, которых Господь совсем не случайно заповедал любить.

Христос принимает казнь как преступник, берет на Себя весь позор человеческого безбожия. Несет на Себе всю тяжесть греха человеческой гордыни, которую неспособен победить человеческий род. Это во имя того, чтобы мы, приобщаясь к Его уничижению и смирению, приобщились и к Его славе, умирая с Ним, с Ним и воскресли.

Это принятие грехов было в собственном смысле усвоением их, но не естественным усвоением, а относительным усвоением, по преп. Максиму Исповеднику и преп. Иоанну Дамаскину,[28] т.е. не естество Христа стало грешным. По выражению митр. Елевферия, «божественно обнищавший Христос, лично безгрешный, принимает в Свое сознание грехи мира, по исключительной любви к нему»[29]. Господь добровольно понес не только телесные, но и душевные страдания. Это выразилось в Его словах: «...около девятого часа возопил Иисус громким голосом: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27,46; Мк. 15,34)... Это и означает «взять на себя грехи мира». Святой апостол Петр прямо говорит: «Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его. Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились» (1 Пет. 2,22,24). Свидетельств Святых Отцов о том, что Спаситель взял на Себя наши грехи, очень и очень много, т.к. это является издревле учением и верой всей Церкви. Свт. Кирилл Иерусалимский учит нас: «Мы были врагами Богу по причине греха, и Бог определил, чтобы согрешающий умирал. Посему надлежало быть одному из двух: или непреложному в истине Богу всех предать смерти, или человеколюбивому Богу отменить приговор. Примечай же премудрость Божию. Соблюл и истину в приговоре и действенность в человеколюбии. Христос подъял грехи на теле на древо, да смертию Его от грех избывше, правдою поживем (“грехи наши Сам вознес телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды: ранами Его вы исцелились”) (1 Петр. 2, 24)».  (Творения. М., 1855. С. 218-219). Преподобный Иоанн Дамаскин пишет: «Он умирает, приемля за нас смерть, и за нас приносит Себя в жертву Отцу, ибо мы согрешили перед Отцом, и Ему надлежало принять цену искупления за нас, чтобы таким образом нам освободиться от осуждения. Но отнюдь не мучителю рода человеческого принесена Кровь Господа»[30].

Профессор А.П. Лопухин писал: «Диавол потерпел поражение с той стороны, откуда менее всего он ожидал нападения, причем поражен был его же оружием – смертью. Каким же образом? Тем, что, надеясь свести во ад душу праведника, диавол через смерть сам ввел в свои владения Богочеловека. Смерть еще властвует на земле, но власть ее с тех пор призрачна, ибо смерть после смерти Христа не просто поражена, но поражает сама себя: отныне она стала для умирающих не тупиком, а путем в жизнь вечную...» (См.: Лопухин. Толковая Библия. Т.3.С.445).

Все Святые Отцы отмечают глубокий символизм Креста, полное соответствие следующему принципу: все, что нарушил Адам пред Богом – исправил Богочеловек. По мысли св. Григория Богослова, «за каждый наш долг воздано особо Тем, Кто превыше нас; и открылось новое таинство – человеколюбивое Божие смотрение о падшем чрез непослушание. Для сего рождение и Дева,  …для сего древо за древо и руки за руку; руки, мужественно распростертые, за руку, невоздержно простертую;  руки пригвожденные за руку своевольную; руки, совокупляющие во едино концы мира, за руку извергшую Адама. Для сего вознесение на Крест за падение, желчь за вкушение, терновый венец, за худое владычество, смерть за смерть» (Макарий, митр. Там же. С. 117-118).

Святитель Афанасий Великий раскрывает тайну Креста следующими словами: « Если кто… спросит: «Почему Господь претерпел не другую какую-либо смерть, а крестную?», тот пусть ведает, что сия именно, а не иная какая-либо смерть могла быть спасительной для нас, и ее-то претерпел Господь для нашего спасения. Ибо, если Он пришел для того, чтобы Самому на Себе понести бывшую на нас клятву, то каким бы иным образом соделался Он клятвой, если бы не понес смерти, бывшей под клятвой? А такая смерть и есть крестная, ибо написано: «проклят всяк, висящий на древе» (Гал. 3, 13). Во-вторых, …каким бы образом Он призвал нас к Отцу, если бы не распялся на Кресте? Ибо только на Кресте можно умереть с распростертыми руками… Об этом и Сам Он предсказал, когда хотел показать, какой смертью имел искупить всех: «И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12,32). И еще: враг рода нашего, диавол, ниспадши с неба, блуждает здесь по воздушной области… Господь пришел для того, чтобы низложить диавола, очистить от него воздух и открыть нам свободный путь к небесам, как сказал Апостол: «через завесу, то есть плоть Свою» (Евр. 10, 20), а сие сделать Он мог не иначе, как токмо через смерть. Но через какую же другую смерть, как не через такую, которая бы совершилась на воздухе, т.е. на Кресте? Ибо  только распинаемый  на кресте умирает на воздухе. Итак, не без причины Господь претерпел крестную  смерть: быв вознесен на Крест, Он очистил воздух от козней дьявола» (Цит. по: Макарий, митр. Там же. С. 111-112).

Об этом же говорит и свт. Иоанн Златоуст: «Почему же закалается Он на высоте помоста, а не под кровом? Чтобы очистить воздушное естество» (цит. по: Кураев. Если Бог есть Любовь...С.47). Связь между небесами и землей восстанавливается. Крестом Спаситель освятил воздушное пространство, как до этого освятил в Своем Крещении водное естество, а в Своем погребении – естество земли...

Голгофская Жертва – жертва вселенского значения: это, прежде всего, Жертва во имя Любви, это Жертва Бога Богу во имя любви Бога к роду человеческому.[31] Бог Слово, Вторая Ипостась Святой Троицы, приносит Жертву, по учению Церкви, всей Святой Троице, Он – «и Приносящий, и Приносимый». И это только одна из многих антиномий, открывающихся искупленному человеку при благоговейном взирании на эту Жертву. Осмысляя эту Жертву, мы должны быть весьма осторожны, дабы не погрешить в построениях нашего отравленного грехом разума. Мы можем лишь в глубоком трепете и смирении говорить то, что открыто нам Духом Святым через тех, в ком этот Дух обитал, просвещая и научая их: через святых Отцов. То, что нам через них не открыто, то, во что углубляться не дерзали даже они – может ли быть раскрыто нами? При рассматривании такого дела Домостроительства Божия, как Голгофская Жертва, святитель Григорий, именуемый Церковью Богословом, ограничился следующими словами: «Остается исследовать вопрос и догмат, оставляемый без внимания многими, но для меня весьма требующий исследования. Кому и для чего пролита излиянная за нас кровь - Кровь великая и преславная Бога и Архиерея и Жертвы? Мы были во власти лукавого, проданные под грех и сластолюбием купившие себе повреждение. А если цена Искупления дается не иному кому, как содержащему во власти, спрашиваю: кому и по какой причине принесена такая цена? Если лукавому, то как сие оскорбительно! Разбойник получает цену Искупления, получает не только от Бога, но Самого Бога, за свое мучительство берет такую безмерную плату, что за нее справедливо было пощадить и нас! А если Отцу, то, во-первых, по какой причине Кровь Единородного приятна Отцу, Который не принял и Исаака, приносимого отцом, но заменил жертвоприношение, вместо словесной жертвы дав овна? Или из сего видно, что приемлет Отец не потому, что требовал или имел нужду, но по Домостроительству и потому, что человеку нужно было освятиться человечеством Бога, чтобы Он Сам избавил нас, преодолев мучителя силою, и возвел нас к Себе чрез Сына, посредствующего и все устрояющего в честь Отца, Которому оказывается Он во всем покорствующим? Таковы дела Христовы, а большее да почтено будет молчанием» (Святитель Григорий Богослов. Творения. T.I. СПб., б. г. С. 676-677). Думается, никто не погрешит из следующих этому завету...

Итак, какие же чувства и мысли проникают все существо взирающего на Крест искупленного человека?

Современный богослов П.Малков пишет: «По учению Святых Отцов, слава Креста заключена в том, что именно на этом Древе и достигается максимальная степень Божественного кеносиса, умаления Христа, зрится вся Его жертвенность, все Его милосердие. На Кресте же проявляется и вся полнота Его человечности, его "адекватности" — по Таинству Боговоплощения — каждому из нас. Древняя святоотеческая мысль гласит: то, что в Боговоплощении Христом не воспринято — "не уврачевано; но что соединилось с Богом, то и спасается" (свт. Григорий Богослов. Послание 3. // Собр. творений. Т.2.С.10). Не следует забывать, что эти слова свт. Григория Богослова в равной мере могут быть отнесены не только к полноте человеческого во Христе как к воспринятой Им людской природе, но и к полноте Его человечности как всего пережитого и прочувствованного Им в "зраке раба". Это относится ко всему тому горестному, страшному и "рабскому", что претерпевает людской род в результате своего эдемского богоотступничества и что точно так же (конечно же, за исключением греха) было пережито — как "Одним из нас" — и Самим Богом. А что может быть горестней и страшней, чем те унижения, то поругание, что принимает на Голгофе, на Крестном Древе Господь из рук сотворенных Им по Его любви людей? Именно здесь — на Кресте — проявляется как вся полнота уничижения, вся полнота кеносиса Спасителя, так и вся полнота Его торжества. ..."И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе" (Ин 12,32) — обещает в Евангелии Спаситель, давая понять, какой смертью предстоит Ему умереть. Кого же привлекает Он в это неразрывное единение?.. "Распростерши руки Свои святые на древе, Христос раскинул два крыла, правое и левое, призывая к себе верующих и прикрывая их, как птенцов Своих", — говорит сщмч. Ипполит Римский (См.: Малков./АиО.С.317). Благодаря этому образу мы особенно ясно видим, чем же на самом деле был и остается Крест для христиан. Для нас ветви Креста прежде всего знаменуют и указывают на раскинутые руки Спасителя, готовые принять в объятия жертвенной любви весь мир. Христос в Своем страдании привлекает к Себе и возносит с Собой на высоту Святого Древа весь человеческий род - и уверовавших в Него из избранного народа, и пришедших к Нему из язычников. Все человечество оказывается связанным друг с другом в единый союз Крестной Жертвы и Крестной Любви. И если сам Крест и может быть назван символом чего-либо существующего в этом мире, то он — символ любви Божией к Своему павшему грехом творению» (Малков./АиО.С.317).

 


[1] Правила Православной Церкви с толкованиями Никодима, еп. Далматинско-Ситрийского, т. 2, М., 1994, с. 257. Свт. Феофил Антиохийский: “Он сотворен по природе ни смертным и ни бессмертным. Ибо если бы Бог сотворил его в начале бессмертным, то сделал бы его Богом; если же наоборот сотворил бы его смертным, то Сам оказался бы виновником его смерти. Итак, Он сотворил его ни смертным и ни бессмертным, но, как сказали выше, способным и к тому и к другому” (Феофил Антиохийский, св. Три книги к Автолику о вере христианской. Книга 2, 27 // Сочинения древних христианских апологетов. СПб., 1895. С. 159). «Бог в начале, когда создал человека, создал его святым, бесстрастным и безгрешным, по образу и подобию Своему: и человек точно был тогда подобен Богу, создавшему его. Ибо святой, безгрешный и бесстрастный Бог и творения творит святые, бесстрастные и безгрешные. Но поскольку непременяемость и неизменяемость есть свойство одного безначального  и несозданного Божества, то созданный человек естественно был пременяем и изменяем, хотя имел способ и возможность, при помощи Божией, не подвергнуться пременению и изменению… Бог теми словами, какие сказал ему, давая заповедь, что если вкусит, умрет -  давал ему разуметь, что он пременяем и изменяем» Преп. Симеон Новый Богослов. Творения. Т.1. Слово 2. С.28.

[2] Преп. Симеон Новый Богослов. Творения. М., 1892. Т.1. Слово 1. С.21.

[3] Свт. Афанасий Великий. Толкование на псалмы. Творения. Ч.4. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1903. С.152.

[4] Там же. С. 23.

[5] Там же. С. 374-375.

[6] Кураев А., диак. Протестантам о Православии. С.63, 60-61.

[7] Творения.Т.2.С.36. См. также: Макарий (Булгаков), митрополит. Прав.-Догм. Богословие.Т.2. С.60.

[8] Свт. Григорий Богослов. Творения. Ч. 5. С. 47.

[9] Цит. по: Макарий (Булгаков), епископ. Православно-догматическое  Богословие. СПб., 1857. Т.2. С.55, прим.

[10] Цит. по: Правосл. - догматическое  богословие  Макария. Т.2. С.47. Еще: «Отличаясь от нас по человечеству сверхъестественным образом рождения от Девы, Христос  Спаситель, отличается от нас, по человечеству, еще тем, что Он совершенно непричастен никакому  греху» (Прав. Исповедание, ч. 1, ответы на вопросы  38). “И эту безгрешность Христа Спасителя Церковь издревле понимала не в том только смысле, что Он совершенно чист от греха прародительскаго и всякого произвольнаго, но и в том, что Он даже не может грешить, что Он свободен от всяких  чувственных  пожеланий или поползновения ко греху, свободен от всякаго внутренняго искушения” (Макарий (Булгаков). Там же. Т.2. С.61); “В объяснение такой, всецелой, безусловной безгрешности Христа  Спасителя учители Церкви  указывали на то, что естество человеческое в Нем не отдельно существует, а ипостасно соединено с естеством Божеским” (Там же).

[11] Православно –Догматическое Богословие. Спб., 1857. Т. 2. С. 116.

[12] Точное изл. Прав. Веры. Кн. 4. Гл.5.

      [13] См.: Точное изложение православной веры. С. 257.

      [14] Там же. С. 268.

      [15] Иоанн Дамаскин. Точное изложение Православной веры. Глава  ХХ. Об естественных и беспорочных страстях. С. 257 – 258.

[16] Макарий (Булгаков), митр. Прав. – Догм. Богословие. Т. 2. СПб., 1857. С. 118.

[17] Свт. Григорий Палама. Гомилии. Ч. 1. С. 158.

[18] «Один же из них, некто Каиафа, будучи на тот год первосвященником, сказал им: вы ничего не знаете, и не подумаете, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб. Сие же он сказал не от себя, но, будучи на тот год первосвященником, предсказал, что Иисус умрет за народ, и не только за народ, но чтобы и рассеянных чад Божиих собрать воедино» (Ин. 11,49-52)...

Строки из Откровения Иоанна Богослова: «6 И я взглянул, и вот, посреди престола и четырех животных и посреди старцев стоял Агнец как бы закланный, имеющий семь рогов и семь очей, которые суть семь духов Божиих, посланных во всю землю. 7 И Он пришел и взял книгу из десницы Сидящего на престоле. 8 И когда он взял книгу, тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали пред Агнцем, имея каждый гусли и золотые чаши, полные фимиама, которые суть молитвы святых. 9 И поют новую песнь, говоря: достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена и языка, и народа и племени, 10 и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле» (Откр. 5,6-10).

[19] Ко Христу же всегда относили и следующий прообраз (сбывшийся на Нем со всей точностью): «Агнец у вас должен быть без порока, мужеского пола, однолетний; ...не оставляйте от него до утра [и кости его не сокрушайте], но оставшееся от него до утра сожгите на огне» (Исх.12,5,10). Кстати, о неповрежденности природы Новозаветного Агнца свидетельствует не только consensus Patrum, но и предписание Самого Господа Моисею о ветхозаветном агнце: «И сказал Господь Моисею, говоря: объяви Аарону и сынам его и всем сынам Израилевым и скажи им: если кто из дома Израилева, или из пришельцев, [поселившихся] между Израильтянами, по обету ли какому, или по усердию приносит жертву свою, которую приносят Господу во всесожжение, то, чтобы сим приобрести благоволение от Бога, жертва должна быть без порока, мужеского пола, из крупного скота, из овец и из коз; никакого животного, на котором есть порок, не приносите [Господу], ибо это не приобретет вам благоволения. И если кто приносит мирную жертву Господу, исполняя обет, или по усердию, [или в праздники ваши,] из крупного скота или из мелкого, то жертва должна быть без порока, чтоб быть угодною Богу: никакого порока не должно быть на ней» (Лев.22, 17-21).

[20]Свт. Феофан Затворник. Творения. Толков-я Посланий св. ап. Павла. Посл. к Галатам. М., 1996. С.243-244.

[21] «Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее. Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее. Имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее. Сию заповедь получил Я от Отца Моего…» (Ин. 10, 17-18).

[22] См.: Настольная книга. Т. 7. С. 432.

[23] Вот как пишет о различии исцеления и прощения (в покаянии) свт. Афанасий Великий: «...покаяние не выводит из естественного состояния, а прекращает только грехи» (Творения. Ч.2. 1902. С.195-204). Напомним слова святителя Игнатия (Брянчанинова): «Он принял человечество, зачавшись во утробе Пресвятой Девы действием Всесвятого Духа, устранив от Себя обыкновенное человеческое зачатие от семени мужеского - зачатие, сообщавшее всем человекам заразу греховную. Таким образом явился в роде человеческом непорочный Человек, каким создан праотец (С.329-330). Этот непорочный Человек был причастником Божественного Естества, подобно первозданному, но несравненно в большей степени: первозданный был святым по благодати человеком, а вочеловечившийся Бог соделался Богочеловеком». Это – исцеление естества, по неизреченной любви к человеку, пусть и павшему. А затем – исполнение того закона справедливости, под который человек подпал своим деянием, совершенно добровольно – того закона, что все, как согрешившие, подвержены смерти. Этот закон, который сам по себе был также явлением любви к человеку (умирает, чтобы не стать бессмертным во зле и неисправимым), не мог быть отменен, ибо слово Божие непреложно и неизменно. Но Божественная любовь исполняет этот закон самым таинственным, самым неожиданным образом: Бог исполняет этот закон вместо человека. Только так и могла поступить Божественная Любовь... Послушаем свидетельства Святых Отцов. Святитель Игнатий (Брянчанинов): «Все грехи человеческие Он принял на Себя. Он мог сделать это, потому что, будучи человеком, был и всемогущим, всесовершенным Богом. Приняв все человеческие грехи на Себя, Он принес Себя в искупительную жертву правосудию Божию за согрешившее человечество: Он совершил искупление: ибо мог сделать это. Неограниченно и бесконечно Святый искупил Своими страданиями и смертью многочисленные, но ограниченные согрешения человеческие, — и Священное Писание со всею справедливостью свидетельствует о Нем: Се Агнец Божий, вземляй грехи миpa (Ин.1,29). Богочеловек заменяет Собою пред Богом и весь мир, и каждого человека» (Свт. Игнатий (Брянчанинов). Творения. Т.2. С.328-330).

Да, этот способ спасения падшего человечества настолько таинственен, что кажется подчас ограниченному рассудку чем-то несоответствующим понятиям этого самого рассудка. Но можно ли пройти мимо стольких свидетельств Святых Отцов?..

[24] См.: Сарычев В.Д. Конспект лекций по Догматическому Богословию (для III-го курса Академии). Б.м., б.г. С.48-49,47-48.

[25] Не проклятие, а предупреждение о неизбежном следствии конкретного деяния. Этот неизбежный закон именуется потому «клятвой», что носит непреложный характер.

[26] Цит. по: Феофан Затворник, св. творения. Толкования Посланий св. ап. Павла. 2-е Послание к Коринфянам. М., 1998. С. 210

[27] Свт. Феофан Затворник. Творения.  Толкование на 2-е Посл. К Коринф. М., 1998. С. 209-210.

[28] См.: Точное Изложение православной веры. Книга 3. Глава 25 («Об усвоении»).

[29] Елевферий, митр. Об искуплении. Париж, 1937. С.10.

[30] См.: Настольная книга. Т. 7. С. 432.

[31] Святитель Игнатий также прямо указывает на жертвенную любовь нашего Господа к роду человеческому: «Таинство Искупления основано на милости. Оно есть явление милости Божией к падшему человечеству, и может быть единственно расположением души, всецело настроенной милостью к падшему человечеству» (Свт. Игнатий (Брянчанинов). Творения. Т. 4. С.245).


[I]     Толкуя слова Апостола «совершив Собою очищение грехов наших» (Евр. 2, 3), профессор богословия А.П. Лопухин говорит: «Очищение грехов наших, освящение и оправдание человека – часто упоминаются в послании к Евреям как плоды первосвященнического служения Мессии, Его жертвоприношения, совершенного Им не через кровь козлов или тельцов, но Самим Собою, жертвой Своего послушания, Своего самопожертвования, Своей крови и жизни. Принеся такую жертву за людей, Христос и для Самого Себя, т.е. для Своей человеческой природы – приобрел возвышение над всеми тварями – «возсел одесную престола величия на небесах». До Вознесения на небо о Сыне Божием говорится так: «Сый в лоне Отчи...» (Ин. 1, 18). Оказав послушание Отцу «даже до смерти», причем смерти крестной, Иисус Христос «наследовал», по Апостолу, «славнейшее имя»: будучи Сыном Божиим по Своей Божественной природе, Он наследовал имя Сына Божия и по Своей природе человеческой. Отныне и мы становимся сынами Божиими – только не по естеству, не по природе, а по усыновлению. См.: Лопухин.Т.3.С.437-438.

Приведем некоторые цитаты из Посланий Апостола, наиболее ярко раскрывающие его учение об Искуплении.

 

«Но ныне, независимо от закона, явилась правда Божия, о которой свидетельствуют закон и пророки, правда Божия через веру в Иисуса Христа во всех и на всех верующих, ибо нет различия, потому что все согрешили и лишены славы Божией, получая оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе, Которого Бог предложил в жертву умилостивления в Крови Его через веру, для показания правды Его в прощении грехов, соделанных прежде, во время долготерпения Божия, к показанию правды Его в настоящее время, да явится Он праведным и оправдывающим верующего в Иисуса» (Рим. 3,21-26);

 

«Ибо Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых. Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть. Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками. Посему тем более ныне, будучи оправданы Кровию Его, спасемся Им от гнева. Ибо если, будучи врагами, мы примирились с Богом смертью Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнью Его. И не довольно сего, но и хвалимся Богом чрез Господа нашего Иисуса Христа, посредством Которого мы получили ныне примирение. Посему, как одним человеком грех вошел в мир, и грехом (тис амартиас) смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем все согрешили (эф о пантэс имартон). Ибо и до закона грех (амартиа) был в мире; но грех (амартиа) не вменяется, когда нет закона. Однако же смерть царствовала от Адама до Моисея и над несогрешившими (ми амартисантас) подобно преступлению (паравасеос) Адама, который есть образ будущего» (Рим. 5, 6-14);

 

«Ибо возмездие за грех (амартиас) – смерть, а дар Божий – жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем» (Рим. 6,23);

 

«От Него и вы во Христе Иисусе, Который сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением...» (1 Кор. 1,30);

 

«Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа? Жало же смерти - грех; а сила греха – закон» (1Кор. 15, 55-56);

 

«Итак, кто во Христе, тот новая тварь; древнее прошло, теперь все новое. Все же от Бога, Иисусом Христом примирившего нас с Собою и давшего нам служение примирения, потому что Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примирения. Итак мы - посланники от имени Христова, и как бы Сам Бог увещевает через нас; от имени Христова просим: примиритесь с Богом. Ибо не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом» (2 Кор. 5, 17-21);

 

«Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою [ибо написано: проклят всяк, висящий на древе]...» (Гал. 3,13);

 

«...но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего [Единородного], Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление» (Гал.4, 4-5);

 

«...в Котором мы имеем искупление Кровию Его, прощение грехов, по богатству благодати Его...» (Еф.1,7);

 

«...в Котором мы имеем искупление (аполитросин) Кровию Его и прощение (афесин) грехов (амартион); ...ибо благоугодно было Отцу, чтобы в Нем обитала всякая полнота, и чтобы посредством Его примирить с Собою все, умиротворив через Него, Кровию креста Его, и земное и небесное. И вас, бывших некогда отчужденными и врагами, по расположению к злым делам, ныне примирил в теле Плоти Его, смертью Его, чтобы представить вас святыми и непорочными и неповинными пред Собою...» (Кол. 1,14,19-22);

 

«...но видим, что за претерпение смерти увенчан славою и честью Иисус, Который не много был унижен пред Ангелами, дабы Ему, по благодати Божией, вкусить смерть за всех. Ибо надлежало, чтобы Тот, для Которого все и от Которого все, приводящего многих сынов в славу, вождя спасения их совершил через страдания (Eprepen gar auvtw/|( diV o]n ta panta kai diV ou ta. pa,nta pollouõ ui`ouõj eiõ d,xan avgago,nta ton avrchgon th/js swthriaõj auvtw/n dia. paqhmatwn teleiw/sai)» (Евр. 2, 9-10);

 

«...а Сей, как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее, посему и может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них. Таков и должен быть у нас Первосвященник: святой, непричастный злу (акакос), непорочный (амиантос), отделенный от грешников (амартолон) и превознесенный выше небес, Который не имеет нужды ежедневно, как те первосвященники, приносить жертвы сперва за свои грехи (амартион), потом за грехи народа, ибо Он совершил это однажды, принеся в жертву Себя Самого. Ибо закон поставляет первосвященниками человеков, имеющих немощи; а слово клятвенное, после закона, поставило Сына, на веки совершенного (тетелиоменон)» (Евр. 7, 24-28);

 

«...Но Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения, и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление. Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного (амомон) Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному! И потому Он есть ходатай нового завета, дабы вследствие смерти Его, бывшей для искупления от преступлений, сделанных в первом завете, призванные к вечному наследию получили обетованное» (Евр. 9, 11-15);

 

« ...и не для того, чтобы многократно приносить Себя, как первосвященник входит во святилище каждогодно с чужою кровью; иначе надлежало бы Ему многократно страдать от начала мира; Он же однажды, к концу веков, явился для уничтожения греха жертвою Своею. И как человекам положено однажды умереть, а потом суд, так и Христос, однажды принеся Себя в жертву, чтобы подъять грехи многих, во второй раз явится не для очищения греха, а для ожидающих Его во спасение» (Евр. 9,25-28);

[см.: «И будет совершать Аарон очищение над рогами его однажды в год; кровью очистительной жертвы за грех он будет очищать его однажды в год в роды ваши. Это святыня великая у Господа» (Исх. 30,10)];

 

«...Но жертвами каждогодно напоминается о грехах, ибо невозможно, чтобы кровь тельцов и козлов уничтожала грехи. Посему Христос, входя в мир, говорит: жертвы и приношения Ты не восхотел, но тело уготовал Мне. Всесожжения и жертвы за грех неугодны Тебе. Тогда Я сказал: вот, иду, как в начале книги написано о Мне, исполнить волю Твою, Боже. По сей-то воле освящены мы единократным принесением тела Иисуса Христа. И всякий священник ежедневно стоит в служении, и многократно приносит одни и те же жертвы, которые никогда не могут истребить грехов. Он же, принеся одну жертву за грехи, навсегда воссел одесную Бога, ...Ибо Он одним приношением навсегда сделал совершенными освящаемых» (Евр. 10, 3-7, 10-12,14);

 

«Так как тела животных, которых кровь для очищения греха вносится первосвященником во святилище, сжигаются вне стана, - то и Иисус, дабы освятить людей Кровию Своею, пострадал вне врат» (Евр. 13, 11-12)...



Помощь проекту
Для развития проекта и оплату поступлений новых материалов нужны финансы, которых у разработчиков нет. Если Вы хотите помочь проекту, перечислите любую сумму на кошелек webmoney R326015014869.

Аудио

Из-за отстутсвия какой-либо финансовой помощи рубрика закрыта
Икона дня:


Поиск по порталу:



Мысль на сегодня: