Преодоление порочности в ценностном переживании добродетели

Предыдущая | Следующая

Порок и добродетель составляют два полюса в ценностной ориентации личности и

определяют собой положение человека между двумя аксиологическими пределами:

между бездной ценностной пустоты и неограниченной перспективой нравственного

совершенства и богоуподобления.

Мы уже видели, что при отсутствии стремления к добродетели, целью ориентации

мыслительного, эмоционального и сенсорного экстравертивных характеров, являются

самоутверждение, обладание и наслаждение, ведущие соответственно к трем видам

порочных состояний, то есть к самомнению, потребительству и распущенности.

Чем глубже погружается человек в порочное состояние, тем сильнее он способен

переживать внутреннюю ценностную пустоту, которая открывается перед ним с

ужасающе" очевидностью. Человек сам, не замечая того, вступает в область

духовной тьмы, которая является адом, хотя и содрогается перед ее зияющей

пустотой.

Самомнение, как воображаемое превосходство и самоутверждение, заключает в себе

нарушение этического принципа всечеловеческой соборности. Потребительство, как

проявление необузданных эгоистических стремлений, заключает в себе нарушение

деонтологического принципа всеобщей справедливости. Распущенность, как

проявление постыдных, низших страстей, заключает в себе нарушение

аксиологического принципа заповеданного богоподобия. Нарушение этического,

деонтологического и аксиологического принципов делает жизнь человека

безнравственной, безответственной и бесценной. Отсюда следует, что человек,

находящийся в плену искаженной самооценки и пребывающий в ценностной пустоте,

испытывает необходимость в обретении нравственно-ценностного смысла

существования, требующего своего воплощения в добродетели. Главная суть проблемы

сводится при этом к вопросу о том, как совершается нравственный поворот от

порока к добродетели.

Вся нравственная традиция христианства говорит о возможности и необходимости

моральной переориентации личности. Нравственная перемена является возможной,

потому что порок и добродетель существуют в одном экзистенциальном контексте,

хотя и относятся к различным состояниям личности, которые имеют различную

аксиологическую направленность. В то время как преуспевание в добродетели

находится под знаком исполнения принципа "быть", коснение в пороке означает

отказ личности от становления, являющегося самым универсальным принципом

тварного бытия.

По мере погружения личности в порочное состояние ее бытие приобретает все более

меональный характер. Однако тенденция ее экстравертивной установки, направляющей

все интересы исключительно на внешние объекты среды, на осуществление принципа

"иметь", не может быть бесконечной. Чем дальше уходит человек от самого себя в

область внешних интересов, тем сильнее обнажается ценностная пустота внутри

человека, которая, как водоворот, стремится поглотить его в собственной глубине.

Но погружение в глубину собственной души должно быть для порочной личности

неизбежно тревожным, как спуск в глубокую шахту, где можно встретить отложения и

наслоения различных пород всего того, что было когда-то стихийно порождено и

пережито, а затем забыто в "окамененном нечувствии". Можно предполагать, что в

этой критической ситуации рождается обостренное восприятие смысла жизни и поиск

нравственной точки опоры. Когда перед человеком разверзается меональная бездна,

его естественным стремлением является единственное желание "быть": смысл жизни

утверждается не в обладании, не в пустоте, а в становлении как онтологической и

нравственной ценности.

Добродетель как ценность не обладает силой принуждения, но она способна вызывать

новые эмоции, переживания и интересы, которые влияют на формирование нового

нравственного сознания, и поной ценное гной ориентации.

Ценность завоевывает безраздельное господство" во внутреннем мире личности

Обычные доводы разумно-нравственного порядка и, в первую очередь,

ответственность и долг действуют по другую сторону аксиологического универсума,

они принадлежат области деонтологии, не способны восхищать и окрылять человека.

Их назначение - контролировать и дисциплинировать личность. Из этого следует,

что инициатива в преодолении порока в нравственном, возрождении личности

принадлежит добродетели, которая, как подлинная ценность способна вступить в

борьбу с воображаемыми, эфемерными и ложными ценностями. Наиболее глубоко и

интенсивно личность, переживает достоинство добродетели в созерцании ее ценности

в идеальном образе или в конкретном человеке. Встречаясь с ослепительно-ярким

явлением добродетели в общении с нравственно преображенной личностью человек

способен в невидимой внутренней борьбе признать нравственное преимущество

добродетели, ценность которой открылась для него в своей безусловной очевидности

превосходстве. Личность способна узнать, оценить и быть покоренной добродетелью,

поскольку существует онтологически предустановленное соответствие между природой

души и ее стремлением к добродетели, наподобие того, как существует, например,

соответствие между личным эстетическим вкусом и выбираемой новой одеждой.

Добродетель является объектом бескорыстного созерцания и ценностного

переживания, в котором происходит сопоставление своего "я" с другим "я". Это

другое "я" поглощено внутренним миром собственных переживаний и вовсе не

заинтересовано в том, чтобы демонстрировать свои добродетели. Однако чем сильнее

старается человек скрыть свои добродетели от окружающих, тем ярче они бросаются

в глаза. Объективное признание ценности созерцаемой добродетели означает начало

преодоления инерции порочности. Путь от порока к добродетели может быть

неопределенно большим, но решающим является первый шаг.

Приобретенные нравственные добродетели являются не только одеждами души, но и

составляют новую природу человека, воплощаясь и экстериоризуясь в его внешнем

облике. Сияние святости неотделимо от сияния добродетели. Жизнь по добродетели

означает истинную жизнь личности в идеальной соотнесенности друг к другу всех ее

структур, аспектов и проявлений. Идеальная соразмерность всех сторон внутренней

жизни личности отпечатлевается в облике человека как естественное и чистое ее

оформление, как классический принцип ее организации, выразительности и

завершенности и открывается как неподражаемое и ни на что не сводимое в своей

оригинальности и единственности благообразие. Истинное благообразие не знает

никакой роли. Человек чужд конфорности, и поэтому в его лике нет никакого

противоречия, никакой двусмысленности, мании и рисовки, никакой неестественности

или искусственности. Здесь смыты следы затемненности грехом, и сквозь косную

плоть вновь просвечивает одухотворяющий и преображающий ее смысл: смыслом

существования становится глубокая связь с основами бытия. Эта связь свободна от

всех ложных и гибельных ориентиров, какими являются самоутверждение,

потребительство и распущенность. Онтологические основы личностного бытия, какими

являются тварность и становление, ограждены здесь нравственными устоями

добродетелями смирения, бескорыстности и благородства. Смирение, как

неотчуждаемый фундамент человеческого общения и как предпосылка любви,

становящейся осуществлением в личной лизни этического принципа всечеловеческой

соборности, является преодолением самоутверждения и самомнения со всем

комплексом эгоцентрических интересов. Бескорыстность, как осуществление

деонтологического принципа всеобщей справедливости в обладании благом, является

преодолением потребительства со всем комплексом корыстно-эгоистических

интересов. Благородство, как осуществление аксиологического принципа

заповеданною богоподобия, является преодолением распущенности со всем комплексом

гедонистически окрашенных интересов.

В процессе преодоления порочности и воплощения в личной жизни добродетели

важнейшее значение имеет то обстоятельство, что порочность и добродетель

обладают скрытой энергией, определяющей тенденцию к возрастанию склонности к

данной ориентации и ее стабилизации. И погружение в порок, и восхождение к

добродетели сопровождаются накоплением нравственной энергии и препятствий.

Человек, впавший в какой-либо порок, уже более легко и свободно преодолевает на

своем пути всевозможные препятствия и преграды и впадает в пороки. Точно так же

человек, сделавший какое-либо доброе дело, с еще большей энергией устремленности

и ревности желает совершить другое доброе дело. Жизнь человека постоянно

находится в динамическом равновесии между пороком и добродетелью. Судьба

нравственной ориентации личности в каждый момент зависит оттого, на что

направлены жизненные силы личности: на самосозидание или на саморазрушение.

Всякий раз ценностное переживание добродетели заключает в себе энергию,

направленную на преодоление порочности.



Помощь проекту
Для развития проекта и оплату поступлений новых материалов нужны финансы, которых у разработчиков нет. Если Вы хотите помочь проекту, перечислите любую сумму на кошелек webmoney R326015014869.

Аудио

Из-за отстутсвия какой-либо финансовой помощи рубрика закрыта
Икона дня:


Поиск по порталу:



Мысль на сегодня: